4. АЛРОСА МЕНЯЕТ КУРС_image002 Президент компании Вячеслав Штыров выступает за создание вертикально интегрированной компании, включающей всю цепочку от добычи до огранки.

– Вячеслав Анатольевич, прошлый финансовый год у АК «АЛРОСА» был очень напряженный. Только в последние месяцы удалось выйти на небольшую прибыль. При достаточно высокой средней рентабельности – порядка 40 % – это весьма скромно.

– Дело в том, что наша отрасль капиталоемкая и отличается большой инерционностью. Отдача от сегодняшних инвестиций будет через 10-15 лет. Так сложилось, что в последние годы мы работали на той минерально-сырьевой базе, которая была создана еще в советские времена. Усиленно эксплуатировались основные трубки: «Удачная», «Мир», «Айхал». Мы подошли к такому моменту, когда открытая разработка становится невозможной. В 2001 году прекратится добыча таким способом на трубке «Мир», уже прекратилась добыча на трубке «Айхал», а еще раньше – на «Интернациональной». Ускоренно отрабатывается трубка «Удачная». Поэтому требовались большие инвестиционные средства на создание новой сырьевой базы и перехода на подземную добычу.

Долгосрочные кредиты в России получить невозможно. Западные банки, по сути, для нас закрыты из-за режима секретности разработки алмазных месторождений. Из-за недоступности кредитных ресурсовкомпания осуществляет инвестиционные проекты, в основном, за счет собственных средств. Если бы мы этого не делали, то объем добычи сейчас не превышал бы 800 миллионов долларов, тогда как только за прошлый год прирост основной продукции АК «Алроса» составил более 10% и впервые за свою историю компания добыла алмазов на более чем 1,5 млрд. долларов.

К концу 1998 года мы свои основные инвестиционные проблемы решили, и впервые за последние годы кредиторская задолженность компании не возросла. Согласно планам, в этом году она будет сокращена.

Инвестиционный пик мы прошли. Были введены один из крупнейших в мире ГОК “Юбилейный” стоимостью около одного миллиарда долларов и прииск “Анабар”. В этом году будет введен в действие подземный рудник на трубке “Интернациональная”. Так что финансовые проблемы компания в основном решила. Чтобы к 2012 году увеличить объем добычи еще на500 миллионов долларов, в следующем пятилетии требуется вложить еще 2 миллиарда долларов.

– Концепция развития алмазно-бриллиантового комплекса, которая предложена Министерством экономики и рассматривалась на заседании правительства, предусматривает к 2005 году довести объем добычи до 3 миллиардов долларов. Насколько реальны эти планы?

– Мы принимаем участие в разработке концепции и считаем, что эти цифры достаточно реальны. Здесь учитываются не только наши производственные мощности и развитие добычи на европейском Севере: на Ломоносовском месторождении, принадлежащие “Севералмазу”, и на Верхотинском. Наша компания свою часть программы выполнит и доведет объемы добычи до 2 миллиардов долларов. В то же время не уверен, что в Архангельской области события будут развиваться столь успешно из-за неразберихи с множеством владельцев лицензий. Там необходима концентрация сил.

– Концепция предполагает до­вести к 2005 году объем продаж на внутреннем рынке до 2 миллиардов долларов. В докладе по итогам прошлого года вы отмечаете, что у компании были трудности с реализацией гораздо меньших объемов порядка 700 миллионов долларов.

– В последние годы произошел ряд событий, которые способст­вовали перестройке алмазного рынка. Финансовый кризис 1997 года в Азии резко сократил по­требление изделий с бриллианта­ми, что, в свою очередь, уменьшило спрос на необработанные алмазы, причем цены на сырье практически не изменились. Объемы продаж «Де Бирс» соот­ветственно снизились.

В этих условиях часть граниль­ных предприятий разорилась, а другие сократили объемы по­купок сырья. Если раньше они закупали у нас партии алмазов в среднем на сумму полтора миллиона долларов, то теперь – на 200-300 тысяч долларов. При этом покупатели долго копались в сырье, выбирали такие катего­рии алмазов и такой момент, что­бы было прибыльно.

4. АЛРОСА МЕНЯЕТ КУРС_image004

Наша сбытовая организация работала неритмично. Мы вошли в план по реализации только в нача­ле четвертого квартала. В этом же го­ду план продаж на внутреннем рынке постоянно перевыполняем, отдельные категории алмазов пользуются ажиотажным спро­сом. Сейчас ставится вопрос о со­кращении экспорта и расширении поставок на внутренний рынок.

В настоящий момент мировой рынок алмазов стабилизировал­ся, но на низком уровне. Пред­ставители «Де Бирс» предполага­ют, что такая ситуация сохранит­ся еще 2-3 года. Впрочем, они не исключают, что рубежный 2000 год увеличит спрос на ювелирные изделия.

– Вы отметили достижение ста­билизации на мировом рынке ал­мазов. Это обусловлено тем, что «Де Бирс» сократила объем про­даж на 30%?

– Безусловно.

– По концепции Минэкономики предполагается к 2005 году троекратное увеличение продаж сырья на внутреннем рынке. Если к это­му времени восстановится спрос на ювелирные изделия на уровне 1996 года, то все увеличение потребле­ния алмазного сырья придется на Россию, а «Де Бирс» останется как бы ни при чем.

– Но к этому времени рынок восстановится, и «Де Бирс» также увеличит объемы своих продаж.

Но рынок не беспределен. Для восстановления своих позиций «Де
Бирс» должна увеличить продажи более чем на миллиард долларов. Не произойдет ли подрыва цено­вой политики «ДеБирс», как это было во времена Роскомдрагмета, когдаограночным производите­лям, зарегистрированным в Рос­сии, отпускалось сырье в больших объемах из стока Гохрана?

–   Нужно иметь в виду, что в правительстве обсуждалась кон­цепция, а не программа. То есть обсуждался не директивный до­кумент, концепция дает лишь ориентиры. Ясно, что конкрет­ные объемы продаж будут опре­деляться ситуацией на рынке, а решение приниматься с учетом всех обстоятельств.

–   С учетом взаимодействия с «Де Бирс» в вопросах ценовой по­литики?

–   Концепция прямо не отвеча­ет на вопрос, будут ли сохранены
договора с «Де Бирс», но неявно предполагает взаимодействие ос­новных мировых производителей алмазов по этому вопросу.

Авторы концепции исходят из того, что не будет революцион­ных изменений в области добы­чи, а увеличение добычи у нас компенсирует падение ее в других странах.

– Какововашеотношение к концепции?

– Мы принимали участие в ее разработке, но считаем, что ком­пания может и без нее прожить.

В то же время ключевые разделы по развитию гранильной отрасли в концепции намечены фрагментар­но. Это прежде всего вопросы налогообложения и разрешительной системы ввоза-вывоза.

–    Концепция предполагает раз­витиесистемыналогообложения
гранильной отрасли. В чем заклю­чается ее специфика?

–    Во всех ведущих странах – производителях бриллиантов: Индии, Израиле, Бельгии – эта отрасль в системе налогообложе­ния стоит особняком. Ограночная промышленность не прирав­нивается к другим обрабатываю­щим отраслям. Ее особенность в том, что в стоимости бриллиан­тов очень высока доля исходного сырья, и сборы, исчисляемые из общей выручки, в этих странах не применяются.

–    Недавно вышло постановле­ние правительства об усилении контроля оборота алмазов и брил­лиантов. Предписано сформиро­вать сертификационные центры. Но хорошо известно, что этот кон­троль неэффективен. Достовер­ность оценок очень низка.

– Проблема контроля в алма­зодобывающей промышленности у нас решается вполне удовлетво­рительно. В ограночной отрасли систему контроля еще нужно со­здать. Она должна пресекать вы­воз сырых алмазов и уклонение от налогов. Ее можно создать за­ново или скопировать в том же Израиле. Но однозначно, что сер­тификация здесь ничего не даст. Сертификация мало поможет в контроле финансовых потоков и оборотасырья. Сертификация нужна только для покупателя как гарантия, что покупается брилли­ант, а не подделка.

– Насколько жесткая система контроля ввоза-вывоза алмазов и
бриллиантов в странах с развитой ограночнойпромышленностью?

– У них не стоит проблема утечки сырья из страны, так как у них нет добычи алмазов. С заяв­ленной в таможенной декларации стоимости товара берется налог в размере 0,15%. Контроль осуще­ствляется выборочно. Откуда и как получен товар, никого не интересует.

4. АЛРОСА МЕНЯЕТ КУРС_image006

– Достоверность оценки у них такая же, как и у нас, – около 10%?

– Я думаю, да. В алмазодобы­вающих странах – Намибии, Бот­сване, ЮАР – проблема контроля вывоза сырья в другом: правильно ли платит налоги «Де Бирс» за сырье. В Ботсване для эксперти­зы на конкурентной основе нанимают фирму. По результатам оценки стоимости сырья прави­тельство Ботсваны взимает нало­ги с компании, в которой 50% принадлежитправительству, а 50% – «ДеБирс», а алмазы реали­зуются через ЦСО в Лондоне.

У нас эту оценку производит госконтроль при Гохране.

– На вчерашней пресс-конфе­ренции (интервью состоялось 29 апреля. –B.C.)выпризнались, что раньше не были сторонником поддержки компанией гранильной промышленности, а теперь изме­нили свое мнение.

– На первый взгляд алмазный рынок высоко монополизирован, но если присмотреться внима­тельней, то становится очевидно, что монополиязаканчивается при первичной продаже необра­ботанных алмазов. Это обеспечивает одноканальная система «Де Бирс», которая в настоящее время не могла бы существовать без поддержки основных мировых производителей. Таким образом, фактически эта одноканальная система стала общей для них, а не только для “Де Бирс”.

На первом этапе «АЛРОСА» придерживалась той же страте­гии, что и «Де Бирс», которая ис­ключает непосредственное учас­тие компании в развитии гра­нильного производства, так как эта стратегия играет определяю­щую роль для одноканальной си­стемы.

Сегодня наши взгляды таковы: да, мы участники одноканальной системы, но мы не являемся стержнем этой системы. С учетом возможной перестройки мирово­го алмазного рынка мы решили строить вертикально интегриро­ванную компанию, то есть от до­бычи до огранки.

Вчера вы впервые публично подняли проблему криминализации
обстановки в Якутии вокруг ком­пании.

– Нас беспокоит криминализа­ция обстановки в районах дея­тельностисамойкомпании – Мирнинском, Ленском, Анабарском. Раньше этой проблемы не было. Районы были закрытые, ту­да можно было попасть только по направлению на работу или по вызову. Иначе даже билет на са­молет нельзя было купить. Теперь для всех все открыто. Раньше да­же если украдешь алмаз, то про­дать его было некому, так как ча­стных гранильных производств в стране не было. Уголовных дел по краже алмазов было мало – в среднем одно в год.

Сейчас продать алмазное сырье не составляет труда. Желающих купить его для огранки частным образом или для вывоза за грани­цу очень много.

В этих условиях в районах до­бычи алмазов образовались пре­ступные группировки, которые прикрываются обычным бизне­сом вплоть до сапожных мастер­ских. Используя сложное финан­совое положение отдельных на­ших работников, преступники провоцируют их на кражу алмаз­ного сырья. Как ни странно, больше всего поддаются на это женщины, особенно разведен­ные, обремененные детьми.

Положение осложняет и безра­ботица в районах. Среди безра­ботных много молодежи. Широ­кое распространение получили наркотики. В результате – туда наркотики, оттуда алмазы. Все наши меры по ужесточению ре­жима в районах добычи сразу же опротестовываются прокурором.

– А как решена эта проблема в других алмазодобывающих странах?

Там эта проблема решена на законодательной основе. В демо­кратических принципах законо­дательства Австралии никто несомневается, но там есть закон, который районам добычи придает особый статус. Туда ограничен въезд.Служба безопасности предприятия в этом районе имеет широкие права вплоть до обыска граждан.

В Ботсване в районе добычи службы безопасности имеют еще больше прав, а работников ком­пании на выходе просвечивают рентгеновской установкой. Ре­жимные ограничения в районе добычи алмазов существуют во всех странах.

Для оздоровления обстановки в районах деятельности нашей ком­пании мы настаивали, чтобы и у нас был принят специальный закон, который регламентировал бы режимные ограничения въезда, выезда, проживания, а также рас­ширял права службы безопаснос­ти компании на этих территориях.

– Насколько правомерно относить алмазы к стратегическим то­варам?

– Раньше, когда создавался ал­мазодобывающий комплекс, это было действительно правильно. Основ­ная цель его создания заключа­лась в обеспечении инструмен­тальной промышленности алмаз­ным сырьем. Без алмазного инструмента невозможно достигнуть высокой точности в обработке металлов. Проводились опыты по использованию алмазов в боль­ших электронно-вычислитель­ных машинах, то есть алмазы рас­сматривались исключительно как стратегически важное технологи­ческое сырье.

4. АЛРОСА МЕНЯЕТ КУРС_image008

С появлением технологий про­изводства искусственных алмазов, которые идут на технические нуж­ды, главная цель добычи природ­ных алмазов – обеспечение сырь­ем ювелирного производства, то есть целевые аспекты сместились.

Нашу отрасль можно рассмат­ривать как отрасль особого кон­троля, но только с точки зрения большой валютной выручки и правильности уплаты налогов. В этом плане правительство должно контролировать финансовую деятельность компании, финансовые потоки. Бесполезно пытаться вво­дить сертификацию всего алмаз­ного сырья, так как это практиче­ски нереально. Мы предлагаем провести сертификацию процесса сортировки добытого сырья.

Владимир Санько, “Независимая газета”, 15 мая 1999 г.

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here