Анализ и управление рисками
Выступление Президента Республики Саха (Якутия) В.А. Штырова
на пленарном заседании Якутского экономического форума
«Мегапроекты России»

Мы уверены, что, несмотря на достаточно большое разнообразие отраслевых и региональных экономических конференций в нашей стране, тема «Мегапроекты России» имеет и безусловную актуальность, и безусловную уникальность. Это связано с тем, что после длительной паузы наша страна вернулась к масштабной инвестиционной деятельности, когда мы реализуем одновременно сотни новых проектов, выстраивая по каждому из них достаточно сложное взаимодействие бизнеса и государства. Особое значение и одновременно особую сложность несут в себе так называемые мегапроекты, то есть такие проекты, которые имеют общегосударственное значение, имеют большую стоимость – мы условились говорить, что это больше 25 млрд. рублей, или 1 млрд. долларов – и которые имеют большое количество участников.

Таких проектов в России структурировано и планируется к реализации более 110 на общую сумму более 500 млрд. долларов. Это российские мегапроекты. Из них 25 проектов на сумму более 125 млрд. долларов основаны на модели государственно-частного партнерства с использованием поддержки Инвестиционного фонда России. В среднем каждый государственный рубль, проинвестированный в этих проектах в инфраструктуру, генерирует от 3,5 до 5 рублей частных инвестиций, так что эти проекты, как правило, достаточно эффективны по отдаче на вложенный государством капитал.

Какова же цена для страны обсуждаемого сегодня вопроса? Что такое мегапроекты на сумму 500 млрд. долларов и проекты Инвестфонда России на сумму 125 млрд. долларов? Это, как правило, хорошо структурированные инвестиционные идеи на сумму соответственно более 40% и более 10% сегодняшнего валового внутреннего продукта России. Это очевидный мощный ресурс развития нашей страны не только на среднесрочную перспективу, но и на долгосрочную, конкретная основа для экономического роста.
Все эти крупные проекты обладают рядом индивидуальных особенностей, однако для них характерен ряд общих проблем. Базовая – вопросы взаимодействия государства и бизнеса при их реализации. Реализация крупных проектов на основе модели государственно-частного партнерства происходит непросто в любых странах. Поэтому неудивительно, что и старт новой эпохи мегапроектов в России – стране с достаточно молодыми инструментами развития, протекает не без сложностей. Но без проблем, как известно, не бывает и прогресса.
Новая экономика России за последние 15-20 лет прошла три важных этапа для любой страны с переходным хозяйством.
Первое – произошел переход от государственной экономики к частной, то есть этап приватизации.
Во-вторых, в целом завершился переход собственности от менее эффективных первичных частных собственников к более эффективным. Таким образом в стране сформирована сеть крупных российских компаний. Некоторые из них в ведущих отраслях экономики представляют собой мировых лидеров с капитализацией в миллиарды долларов.
И, наконец, наш крупный бизнес, эти самые крупные компании, в своем развитии совершил следующий шаг. Шаг от парадигмы перераспределения созданных в советские годы активов к парадигме создания новых предприятий, реализации новых инвестиционных проектов, то есть к инвестиционному сценарию развития своих компаний и в конечном итоге страны.
Это основная линия прогресса частного сектора российской экономики, который за эти годы проделал огромный путь от реструктуризации кризисных активов к формированию готовых мощно инвестировать глобальных гигантов – лидеров своих отраслей.
Но и государственный сектор, преодолев кризис девяностых годов, также получил возможность серьезно прибавить в качестве. Госсектор получил возможность заниматься не только антикризисным управлением, краткосрочным горизонтом событий, но и заняться стратегическим планированием развития страны в отраслевом и территориальном разрезе, заняться формированием инструментов поддержки экономического и промышленного роста.
Безусловно, нельзя переоценить решение о формировании системы институтов развития в России, которые созданы в последние три-четыре года. Это особые экономические зоны четырех типов, Инвестиционный фонд России, Российская венчурная компания, Банк развития, отраслевые государственные корпорации. Не стоит на месте и инструментарий регионального уровня по поддержке инвесторов. То обстоятельство, что государство обозначило свои стратегические цели и сформировало целостную систему институтов по их реализации, стало мощным импульсом для формирования целой сети мегапроектов в России.
И вот если подвести итог, можно сказать, что созданная к 2008 году проектная основа – те структурированные конкретные мегапроекты – это итог и развития частной инициативы, и новой государственной экономической политики.
Таким образом, наша страна вернулась к парадигме развития крупных проектов, очень заметных на карте мирового экономического развития.
Конечно, проблемой является акцент российских мегапроектов на тех отраслях экономики, которые воспроизводят нынешнюю индустриально-сырьевую модель развития страны. По суммам инвестиций среди запланированных мегапроектов доминируют топливно-энергетический комплекс, металлургия, инфраструктурные отрасли. Однако для большинства регионов, где запланированы к реализации эти проекты, развитие инфраструктуры и индустрии – лишь необходимый первый шаг к реализации проектов более высокого передела и более высокой добавленной стоимости. И мы не должны забывать, что инновационная постиндустриальная экономика рождается только на базе и в развитие индустриального этапа, а не вместо него сама по себе.
Не будем также забывать о том, какие значительные импульсы мегапроекты дают во всем мире развитию сопредельных секторов, развитию экономики высоких переделов, экономики услуг и знаний. Как правило, мегапроекты становятся ядром современных кластеров, потребителями и поставщиками гигантского количества товаров и услуг, центрами межрегионального экономического развития.
И в то же время вы видите, что все-таки заметная часть российских мегапроектов уже сегодня относится к отраслям новой экономики – это крупные девелоперские проекты в недвижимости, химическая промышленность, лесообрабатывющий комплекс, туризм, инноватика.
В целом запланированные мегапроекты обеспечивают заметный сдвиг в экономическом развитии страны в азиатскую часть России. Если сегодня азиатская часть формирует не более 32% валового внутреннего продукта России, то на ее территории запланировано к реализации более половины будущих российских мегапроектов. То есть Урал, Сибирь, Дальний Восток – макрорегионы, где в ближайшие 15-20 лет будет доминировать капиталоемкий экономический рост, основанный на согласованных действиях государства и бизнеса по реализации конкретных крупных инвестиционных проектов.
Однако при этом ни в коем случае нельзя сказать, что тема мегапроектов актуальна в основном для регионов Востока страны, это не так. Российские мегапроекты достаточно равномерно сбалансированы по федеральным округам. Мы как страна слишком долго не инвестировали всерьез, у нас слишком высокий износ основных фондов, слишком высокий дефицит инфраструктуры. В итоге абсолютно везде требуются достаточно большие государственные инвестиции в инфраструктуру для реализации бизнесом своих крупных инвестиционных планов. Из макрорегионов европейской части страны особенно заметное влияние мегапроекты окажут на развитие Западного и Центрального округов.
Безусловно, Россия приступает к реализации своих мегапроектов в достаточно жесткой конкурентной среде. Мы видим мощное инвестиционное развитие в Китае, Индии, Бразилии, крупнейших странах арабского мира. Начинается пора пристального интереса инвесторов к Африке. Поэтому мы не должны забывать о том, что мы со своими мегапроектами находимся на конкурентном международном рынке, мы конкурируем со всем миром за капитал, технологии, кадры. И в этой связи важной является тема международной конкурентоспособности как конкретных наших мегапроектов, так и конкурентоспособности государственного управления для обеспечения нужной среды для реализации крупных проектов в условиях международной конкуренции.
Мы сегодня проводим форум на якутской земле, потому что Республика Саха (Якутия) – это российский лидер по запланированным на ее территории мегапроектам как по их количеству, так по суммам инвестиций.
Это объясняется наличием множества достаточно согласованных планов государства и бизнеса по реализации на территории Якутии больших инвестиционных замыслов. Этому есть логичное историко-экономическое объяснение. Россия всегда развивалась по карте слева направо, шла в инфраструктурном освоении на Восток. И для страны объективно настало время осваивать в том числе и Якутию. А в той достаточно критической геополитической ситуации, которая складывается на Дальнем Востоке, этот процесс приходится даже форсировать.
Все основные планы государственного и частного сектора сведены нами в базовый стратегический документ региона – Схему комплексного развития производительных сил, транспорта и энергетики Республики Саха (Якутия) до 2020 года, которая в прошлом году была одобрена Правительством России. В целях реализации основных положений Схемы структурировано несколько крупных мегапроектов комплексного освоения территорий, среди которых выделяются:
– комплексное развитие Южной Якутии,
– комплексное развитие Томпонского горнопромышленного района в Восточной Якутии,
– развитие Западной Якутии в увязке с развитием севера Иркутской области,
– освоение Эльгинского угольного месторождения в совокупности с созданием инфраструктуры.
Крупнейшие инвестиционные проекты Якутии – это опережающее развитие нефтепроводной, газопроводной, железно- и автодорожной, энергетической инфраструктуры за счет государства и государственных монополий с целью создания условий для реализации бизнесом коммерчески привлекательных проектов в сырьевом и индустриальном секторах.
Вследствие реализации мегапроектов по этой модели основу экономического развития Якутии в дальнейшем составят Пояс нового сырьевого освоения и Пояс нового индустриального развития. Однако для реализации наших крупных проектов нам понадобятся значительные кадровые ресурсы, поэтому нам необходимо опережающее развитие наших традиционных индустриальных центров, таких, как Якутск, Нерюнгри, Ленск, Мирный, и создание новых городов. Как показывает исторический опыт нашей страны, вслед за сырьевым и инфраструктурным освоением новых территорий следуют развитие агломерационной экономики, создание Пояса агломерационного роста, и это путь, который нам предстоит пройти.
Конечно, мегапроекты Якутии, загружая работой предприятия, порты и другие экономические объекты наших соседей, в огромной степени будут способствовать развитию и четвертого базового для России Пояса роста – пояса портовой транзитно-логистической экономики, индустриального и постиндустриального развития южных районов Дальнего Востока.
Так же, как и в Якутии, большинство российских крупных инвестиционных проектов очень чувствительны к вопросу развития инфраструктуры за счет государства. Это и объяснимо: у нас огромная инфраструктурно дефицитная страна, пережившая в инвестиционном развитии очень чувствительную паузу на рубеже ХХ-ХХI веков. Вот почему инфраструктура – главное в государственно-частном партнерстве. Именно поэтому появление три-четыре года назад сети инструментов государственно-частного партнерства, направленных на господдержку проектов развития инфраструктуры, дало мощный толчок структурированию серьезных мегапроектов в регионах России.
Половина этих проектов – крупнейшие комплексные проекты, в которых предусматривается синхронное развитие промышленности и инфраструктуры. Это такие, как «Комплексное развитие Южной Якутии», «Урал промышленный – Урал полярный», «Комплексное развитие Нижнего Приангарья», «Комплексное развитие Забайкалья» и целый ряд других. А еще 40% из оставшейся половины мегапроектов – развитие, собственно, транспортной инфраструктуры, такие, как «Западный скоростной диаметр», автодорога «Москва-Петербург» и другие.
В целом эта структура мегапроектов абсолютно правильна и актуальна для Российской Федерации и общепринята для мировой практики. Теперь нам надо весь этот потенциал реализовать, несмотря на значительные проблемы, которые уже сегодня выявились, и серьезные риски, которые уже сработали.
Государственно-частное партнёрство в России – достаточно молодой инструмент экономического развития. Институты развития, как мы уже говорили, начали активно формироваться всего лишь три-четыре года назад, Инвестиционному фонду России всего три года. Поэтому не удивительно, что использование инструментов государственно-частного партнёрства связано с тем, что слишком многие очевидные, типовые его риски «выстреливают», что приводит к задержкам в реализации проектов, удорожает их стоимость, а иногда ставит их реализацию под сомнение. Не секрет, что большинство инвестиционных проектов с использованием средств Инвестиционного фонда России финансируются и реализуются со значительными задержками, которые иногда достигают до 1,5 лет, а некоторые из одобренных проектов до сих пор не финансируются вовсе. Это системно связано с тем, что на реализацию наших мегапроектов воздействуют риски, которые работают в той или иной мере во всех странах, где реализуются мегапроекты. Но особенно ярко они стали видны нам сейчас. Вот эти основные риски, они делятся на:
– организационно-правовые,
– административно-управленческие,
– макроэкономические,
– финансовые,
– инжиниринговые,
– политические.
Безусловно, опыт функционирования в России институтов развития мал, но и он уже продемонстрировал существенный дефицит в стране культуры и элементов сначала анализа, а потом управления этими рисками, результатом чего стали выявившиеся проблемы. Мы поэтому учимся на ходу.
Если говорить конкретно об этих рисках, я прежде всего должен сказать, что российские мегапроекты реализуются в постоянно меняющейся правовой среде, постоянно меняющихся правилах игры. Бесконечно правятся нормативно-правовая база Инвестиционного фонда, Закон о концессиях, Закон об особых экономических зонах, нормативная база функционирования госкомпаний и госкорпораций… Все это напрямую влияет на мегапроекты и, в частности, на наш проект «Комплексное развитие Южной Якутии», финансирование которого никак не начнется из-за частых корректировок Положения об Инвестиционном фонде России и административных проволочек внутри федеральных министерств и ведомств.
Помимо нестабильности юридической базы государственно-частного партнерства существует проблема общей несогласованности и противоречивости правовой среды в нашей стране, которая недостаточно дружелюбна к реализации крупных инвестиционных проектов. В целом хороши Градостроительный кодекс, Бюджетный кодекс, неплохое законодательство о земле и о недрах, но, собранные вместе, они не отражают особенностей реализации крупных инвестиционных проектов и, скорее, не способствуют, а противодействуют инвесторам в реализации их. По мнению специалистов, около тысячи нормативно-правовых актов надо привести в соответствие в связи с началом действия Инвестиционного фонда Российской Федерации. Это очень важная работа, которой мы должны заниматься.
Если говорить об административно-управленческих рисках мегапроектов, надо сказать, что и международная практика, и наша практика свидетельствуют, что наиболее громкие провалы крупных проектов государственно-частного партнерства были прямым следствием применения неверной управленческой схемы. К сожалению, реализуемые в настоящий момент мегапроекты в России и, особенно,наиболее сложные из них –комплексные мегапроекты, явно страдают неоптимальным управленческим устройством.
Самый сложный вопрос – множественность ответственных исполнителей со стороны государства. Ну, например, проект «Комплексное развитие Южной Якутии» – типичный пример, где со стороны государства действуют четыре отраслевых ответственных исполнителя и еще два важных куратора в лице федеральных Минрегиона и Минэкономразвития, да еще и регион – Республика Саха (Якутия) как координатор. При этом необходимо отметить, что инициаторы проекта «Комплексное развитие Южной Якутии», представляющие бизнес, создали для государства «одно окно» – специальную управляющую компанию «Корпорация развития Южной Якутии», которая выступает единственной стороной инвестиционного соглашения с государством. Инвесторам необходимо, чтобы и от государства был также один ответственный исполнитель, иначе реализация таких сложных проектов будет постоянно спотыкаться об отсутствие элементарной согласованности и ответственности в действиях многочисленных госорганов.
Напомню, что ситуация для инициаторов и инвесторов мегапроектов осложняется тем, что государство периодически совершает заметные административные преобразования на федеральном уровне, передавая инвестиционные полномочия от одного министерства к другому, бесконечно преобразовывая агентства в госкорпорации и так далее. Все это вновь и вновь отодвигает реализацию мегапроектов, опирающихся на инструменты государственно-частного партнерства. Ясно, что инвесторам было бы много удобнее работать с государством по формуле «одного окна» – единого ответственного исполнителя, который бы сам решал внутри Правительства проблему нужных ему для исполнения государственных обязательств согласований.
Россия в целом с точки зрения макроэкономики достаточно стабильная страна в последние годы, что объясняется крупнейшими золотовалютными резервами, огромным Стабилизационным фондом, бюджетным профицитом. Однако один серьезный макро-экономический риск уже давит на российские мегапроекты – инфляция. Напомню, что все проекты государственно-частного партнерства структурированы на базе официальной матрицы макропоказателей, которые утверждаются Минэкономразвития России, где инфляция стремится от 8% в 2008 г. к 6% в 2010 г. и дальше находится на этом уровне.
При этом мы видим, что инфляционная реальность каждый год оказывается много жестче официальных прогнозов, а среднесрочные прогнозы независимых аналитиков из банковского сектора достаточно сильно расходятся с официальными прогнозами. Это что касается инфляции вообще. А если мы говорим об инфляции по тем группам товаров и услуг, которые потребляются при реализации мегапроектов, то ситуация еще более критическая. Тут в регионах реализации мегапроектов инфляция достигает 30%, даже 50% в год. Прежде всего, это касается продукции промышленности стройматериалов, услуг инжинирингово-строительных компаний и т.д. Давайте посмотрим на опыт удорожания ВСТО, постоянно растущих оценок по стоимости олимпийской стройки, по объектам транспортной федеральной целевой программы. Везде одна и та же проблема: перегрев. К сожалению, велик риск, что реальная сумма капиталовложений, которые потребуются для реализации большинства мегапроектов, будет заметно выше первоначально заявленной и планируемых средств не хватит.
Если говорить о позиции бизнеса, это должен решать сам бизнес. И если говорить о позиции государства, то в рамках государственно-частного партнерства необходимо, чтобы ответственность за инфляционные процессы, которые выше прогнозируемых Министерством экономического развития, тоже несло на себе государство, или, другими словами, я говорю о том, что инфраструктурные проекты должны индексироваться по мере роста инфляции, это должно учитываться при формировании величины Инвестиционного фонда Российской Федерации.
Риски неграмотных, несовременных и некачественных инженерных решений – одни из самых значительных для любых мегапроектов в мире, и Россия не исключение. Однако мы вынуждены реализовывать наши мегапроекты в ситуации довольно заметных проблем в отечественной инжиниринговой отрасли. И несмотря на приход на наш рынок ряда крупных инжинирингово-строительных гигантов международного уровня, качество рынка инжинирингово-строительных услуг в России после длительной паузы в реализации крупных проектов оставляет желать много лучшего. В стране уже практически 20 лет не создавалось новых предприятий и инфраструктур, это привело к серьезной деградации инжиниринга. И это для страны еще один вызов: нам придется частно-государственными усилиями восстанавливать инжиниринговую отрасль, по сути дела, заново создавать сеть отраслевых проектных организаций. Желательно, чтобы это происходило в тесном взаимодействии с лидерами мирового инжиниринга, для чего нам настоятельно необходимо либерализовать многое в техническом регулировании и градостроительной политике, потому что наши технические градостроительные нормы слишком запутанны и консервативны, постоянно усложняются, и сидящие здесь представители бизнеса могут сказать о том, что с каждым годом происходит не их унификация и упрощение, а усложнение. Всё больше и больше требуется всякого рода согласований, экспертиз. Поэтому нам следует сближать свои инжиниринговые стандарты с международными, если мы хотим прогресса в этой важной отрасли.
Инструментарий Инвестиционного фонда, о котором принято много говорить в контексте реализации крупных комплексных инвестиционных проектов, на самом деле способен помочь с решением лишь одной из проблем – строительством производственной инфраструктуры. Ныне действующие принципы и подходы государственно-частного партнерства, не охватывают других сторон, которые необходимы для реализации крупных инвестиционных проектов.
Прежде всего, нужен особый порядок распоряжения землей, когда реализуется комплексный инвестиционный проект, и если он принят и утвержден Правительством Российской Федерации, по действующей ныне системе девелопер комплексного инвестиционного проекта объективно не может в строгом соответствии с Земельным кодексом решить все земельные вопросы, потому что в каждом инвестиционном проекте, на каждой территории в комплексном проекте разный статус земель. Значит, и здесь необходимы единообразные правила, которые вступают в действие по отношению к землям разного статуса с момента утверждения правительством инвестиционных проектов, паспортов инвестиционных проектов.
Нужен также особый порядок распоряжения недрами в рамках реализации комплексных проектов. Не секрет, что сегодня многие решения, которые принимаются Министерством природных ресурсов и иными органами государственной власти по части распоряжения недрами, не совпадают по времени, по намерениям с тем, что прописано в инвестиционных проектах.
Нужен прозрачный инструмент государственной поддержки для создания жилищно-коммунальной инфраструктуры комплексных проектов. Например, в ходе реализации комплексного инвестиционного проекта развития Южной Якутии нам необходимо будет создать 35 000 новых рабочих мест, что означает необходимость строительства социальной и жилищно-коммунальной инфраструктуры почти на 100 000 человек. Решение этого вопроса, прописанного на принципах государственно-частного партнерства, пока отсутствует.
Если подвести итог, ситуация вокруг российских мегапроектов характеризуется, с одной стороны, огромными возможностями для экономики страны и особенно для экономики восточной части страны. Характеризуется новыми возможностями, которые связаны с изменением стратегии политики государства, изменением стратегии частного бизнеса. Это позитивное явление, но, с другой стороны, связано с большими проблемами, значит и рисками. Поэтому необходимо выработать новые решения, предложения для того, чтобы суметь раскрыть возможности, которые у нас сегодня есть. Поэтому мы предлагаем целый ряд конкретных мер для того, чтобы реализовать потенциал государственно-частного партнерства и потенциал мегапроектов.
Эти наши предложения я бы разделил на две большие группы: предложения по системному совершенствованию процедур государственно-частного партнерства и предложения по организации эффективного управления конкретными приоритетными мегапроектами.
Если говорить о первой части, о предложениях по части совершенствования системных процедур государственно-частного партнёрства, то некоторые из них я бы хотел особо выделить и хотел бы, чтобы они обсуждались на нашем экономическом форуме.
На наш взгляд, необходимы:
– сокращение количества согласующих госорганов при отборе проектов государственно-частного партнерства;
– сокращение количества межведомственных комиссий – раундов отбора проектов государственно-частного партнерства;
– ликвидация множественности ответственных исполнителей, назначение по каждому проекту одного госоргана – стороны инвестиционного соглашения со стороны государства;
– ужесточение и соблюдение сроков прохождения всех инстанций отбора проектов и подписания инвестиционного соглашения;
– возможность для региона, на территории которого реализуется инвестиционный проект, выступать единым ответственным исполнителем от государства;
– возможность для единого ответственного исполнителя от государства направлять на единый конкурс весь государственный мандат по выполнению государственных обязательств в проекте, что будет способствовать прогрессу на рынке частных инжинирингово-строительных услуг;
– необходимость структурирования проектов и подписания инвестиционных соглашений, основываясь на матрице рисков проекта и строгом разделении рисков между государством и бизнесом согласно матрице рисков проекта;
– развитие государственно-частной системы страхования рисков сторон в мегапроектах, что будет способствовать прогрессу рынка услуг страхования;
– создание и развитие рынка инфраструктурных облигаций как альтернативного способа финансирования инфраструктуры;
– введение обязательного независимого инжинирингового аудита основных проектных решений в мегапроектах, как это принято за рубежом.
Если говорить о проблеме повышения эффективности управления конкретными мегапроектами, я хотел бы напомнить, что сумма инвестиций в структурированных и одобренных к реализации мегапроектах с использованием инструментов государственно-частного партнёрства превышает 10% нынешнего валового внутреннего продукта России. Если мы как страна хотим реализовать этот потенциал, необходимо принять ряд жестких решений, направленных на ответственный, а где-то и жесткий мобилизационный характер управления этими проектами.
Главное решение – необходимость формирования от государства одного лица, ответственного за реализацию государственных обязательств в том или ином проекте. Этого можно добиться двумя разными путями.
Первый – по аналогии с мегапроектом строительства олимпийских объектов в Сочи, где обязательства множества отраслевых ответственных исполнителей были сосредоточены вместе с финансовыми ресурсами в специально созданной государственной корпорации «Олимпстрой». Так появилось «одно окно» по реализации всех государственных обязательств по олимпийской стройке, что, безусловно, создало базовые предпосылки для реализации этого проекта. Следуя такому варианту, можно создать некую государственную компанию, которая будет управлять всеми государственными мандатами в одобренных проектах Инвестиционного фонда. Это точно будет лучше, чем сегодняшние четыре ответственных исполнителя по Южной Якутии. Если такое решение было принято по олимпийской стройке стоимостью 30 млрд. долларов, то почему оно не должно быть транслировано на не менее важные мегапроекты общей ценой в четыре раза больше? Второй путь – более рыночный. Не создавать еще одного государственного игрока в виде госкорпорации, а направлять весь государственный мандат по каждому инвестиционному проекту с использованием господдержки на свободный рынок управляющих компаний. Чтобы для государства за государственные деньги частный генеральный заказчик, например, в проекте «Комплексное развитие Южной Якутии», построил и железные дороги, и автомобильные дороги, и линии электропередач, и плотину ГЭС согласно паспорту проекта.
Нечто подобное сейчас планируется внедрить путем привлечения частных управленцев средствами федеральных целевых программ. Этот путь, безусловно, больше способствует прогрессу на рынке частных инжинирингово-строительных услуг, но в то же время, конечно, имеет и большой риск.
Но ясно одно – для мегапроектов не подходит система, когда от государства действуют несколько госорганов, интересы которых часто взаимно противоположны.
Уважаемые коллеги, вы видите на самом деле, что все эти вопросы, которые характерны для всей системы реализации мегапроектов в России, не только для Южной Якутии, но и других проектов, в общем-то, стали настолько актуальными, что, в принципе, требуют немедленного решения, и в своем выступлении Дмитрий Николаевич Козак остановился на них и сказал о том, что Министерство регионального развития и Правительство Российской Федерации будут заниматься этими проблемами. Например, стабилизацией законодательства по использованию средств Инвестиционного фонда и других инструментов государственно-частного партнерства, инвестиционной де-ятельности в целом. Во-вторых, о том, что они поддержат инициативу о создании «одного окна». Значит, поддерживается инициатива создания одного органа, который занимался бы экспертизой проектов. Это означает, что идеи, которые рождаются во время обсуждения, в ходе работы, в том числе на нашем экономическом форуме, находят понимание. Я надеюсь, что и другие наши предложения будут внимательно обсуждены на нашем форуме, других эко-номических совещаниях и собраниях, будут приняты к вниманию.
Уважаемые коллеги, я хочу вас искренне поблагодарить за ту плодотворную работу, которую вы уже провели в рамках нашего экономического форума и, надеюсь, что продуктивные и позитивные идеи и мысли, которые вы подготовили и выработали, найдут отражение в политике как органов государственной власти управления субъектов Российской Федерации, так и на уровне Российской Федерации. А все это вместе послужит реализации мегапроектов и тому, что наша Российская Федерация займет ведущее место в социально-экономической сфере во всем мире.

«Якутия», 11 сентября 2008 г.

Добавить в избранное:

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here