3. ВЯЧЕСЛАВ ШТЫРОВ ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОКА НЕ ПОВЕРНУЛОСЬ ЛИЦОМ К ОТЕЧЕСТВЕННОМУ ПРОИЗВОДИТЕЛЮ_image002Президент АК “АЛРОСА” считает, что необходимо разработать единую государственную стратегию развития алмазо-бриллиантового комплекса.

Каждый раз в преддверии подписания очередного торгового соглашения с «Де Бирс» в стране разворачивается острая дискуссия о путях развития отечественного алмазо-бриллиантового комплекса. К сожалению, единство позиций в рядах российских участников переговоров отсутствует. Решение правительства по этому вопросу должно учитывать специфику алмазного рынка и его чувствительность к действиям всех стран-производителей. О современном положении мирового и российского алмазного бизнеса корреспонденту «НГ – политэкономии» рассказал президент АК «АЛРОСА» Вячеслав Штыров.

– Вячеслав Анатольевич, в преддверии переговоров по новому торговому соглашению с ТНК «ДеБирс» у нас в стра­не разворачиваются жаркие дискуссии о путях развития алмазо-бриллиантовогокомплекса России. В чем причина такой остроты споров?

– Разные точки зрения на те или иные аспекты развития отечественного алмазо-брил­лиантового комплекса были всегда, но сейчас ситуация действительно необычная.

Раньше все было относительно просто. ВЗ0-е годы прошлого века сложился мировой алмазный рынок, который был определенным образом организован и структурирован. Сформировалась если не монополия, то олигополия нескольких производителей алмазов для регулирования сбыта сырья в целях осу­ществления ценовой политики на мировом рынке. В роли организатора и создателя этой системы выступила транснациональная компания «Де Бирс» – самый мощный в мире производитель необработанных алмазов. По­этому альтернативы не было: торговое согла­шение было необходимо, а основная задача – добиться более выгодных условий для России (ранее – для СССР).

К началу нового столетия ситуация на мировом рынке изменилась. Монопольные позиции “Де Бирс” в производстве алмазов несколько ослабли. Появились новые мощные независимые производители сырья в Канаде, которые претендуют на самостоятельные роли в алмазном бизнесе. Особую позицию уже давно занимает на рынке австралийская компания “Аргайл”. В крупнейших мировых центрах алмазной торговли появилось много товара мелких независимых производителей, в основном из стран Африки.

В то же время происходит серьезные изменения на рынках бриллиантов и ювелирных изделий с ними. Появились новые технологии обработки алмазов, меняется география размещения гранильной промышленности. Развивается торговля через Интернет. Складываются долговременные альянсы производителей необработанных алмазов, бриллиантов и ювелирных изделий с целью укрепления позиций на рынке посредством создания и продвижения собственных торговых марок.

3. ВЯЧЕСЛАВ ШТЫРОВ ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОКА НЕ ПОВЕРНУЛОСЬ ЛИЦОМ К ОТЕЧЕСТВЕННОМУ ПРОИЗВОДИТЕЛЮ_image004

В этих обстоятельствах «Де Бирс» в про­шлом году обнародовала свою новую страте­гию: было фактически объявлено, что компа­ния больше не претендует на монопольное по­ложение на мировом рынке необработанных алмазов.

Таким образом, алмазный рынок становит­ся более открытым и конкурентным.

Вот почему именно сейчас особенно важно выработать оптимальные подходы к способам интеграции российского алмазо-бриллиантового комплекса в мировой рынок, чтобы в но­вых условиях не только сохранить, но и укре­пить позиции нашей промышленности.

– Если рынок становится конкурентным, то в чем смысл переговоров с «Де Бирс»? Зачем про­водить их вообще? Ведь в условиях конкуренции каждый производитель самостоятельно строит свою сбытовую стратегию.

– Рынок становится более открытым, но еще не стал полностью конкурентным.

Несмотря ни на что, «Де Бирс» контролиру­ет не менее половины мировых потоков ал­мазного сырья. Будучи крупнейшим в мире производителем, эта компания заинтересова­на в стабильности и предсказуемости мирово­го рынка.

Поэтому, объявив, что больше не претенду­ет на роль мирового монополиста, «Де Бирс» тем не менее заявляет, что будет прилагать усилия по стабилизации рынка, и желает, чтобы они были поддержаны другими производителями. Помимо прочего это предполагает реализацию необработанных алмазов «новы­ми» производителями через Центральную сбытовую организацию «ДеБирс» на основе торговых соглашений. Такие соглашения на предстоящее пятилетие компания уже заклю­чила с Ботсваной и Намибией – крупнейши­ми, помимо России, производителями алмаз­ного сырья.

Наша страна – вторая в мире по объемам добычи алмазов и пятая по производству бриллиантов – не меньше других заинтересо­вана в стабильности и предсказуемости миро­вого алмазного рынка.

Ядром алмазо-бриллиантового комплекса России, его главной составной частью являет­ся алмазодобывающая промышленность.От­расль современная, высокорентабельная, дает значительные поступления в бюджет и десят­ки тысяч рабочих мест, заказы и работу сот­ням предприятий смежных отраслей. Однако потенциал ее расширенного воспроизводства требует реализации в ближайшие годы ряда крупномасштабных инвестиционных проек­тов, перечень которых определен правитель­ственной Концепцией развитияалмазо-брил­лиантового комплекса России до 2005 года, пятилетним планом акционерной компании «АЛРОСА». Воплощение всех этих планов требует уверенности в рынках сбыта продук­ции.

3. ВЯЧЕСЛАВ ШТЫРОВ ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОКА НЕ ПОВЕРНУЛОСЬ ЛИЦОМ К ОТЕЧЕСТВЕННОМУ ПРОИЗВОДИТЕЛЮ_image008

Гранильная промышленность России также нуждается в предсказуемости общей ситуации на рынке, особенно в условиях усиления конкуренции со стороны производителей других стран.

Поэтому в той степени, в которой возможное торговое соглашение с «Де Бирс» будет способствовать стабилизации рынка в периоды его взлетов и падений в среднесрочной перспективе, оно выгодно всем предприятиям и звеньям алмазо-бриллиантовогокомплекса нашей страны.

Вот почему в феврале этого года начаты консультации с «ДеБирс» по поводу возможного заключения нового торгового соглашения.

– Не смогли бы вы очертить исходные позиции российской стороны перед началом переговоров?

– Я не могу отвечать за всю Россию, так как в стране много субъектов алмазного рынка, у которых разные подходы, разные взгляды на ситуацию.

Единую позицию всех российских участников алмазного бизнеса еще предстоит выработать.

Но уже сегодня из всего круга переговорных проблем можно выделить, пожалуй, две главные.

Вот первая из них. «ДеБирс» объявила, что не будет больше мировым монополистом и отказывается выполнять обременительную для себя функцию регулирования рынка традиционными методами накопления запасов алмазного сырья для создания в каждый момент времени равновесия спроса и предложения на рынке. Тогда какие иные методы регулирующего воздействия на рынок могут быть ею предложены? Каковы гарантии покупок необработанных алмазов у российских производителей по приемлемым ценам в любой рыночной ситуации, в том числе в кризисной? Каковы должны быть механизмы контроля и степень свободы обоих участников соглашения? Иными словами, проблема в том, можно ли найти новые механизмы совместного регулирования цен, спроса и предложения в условиях более конкурентного рынка, на котором есть большой сегмент независимых продавцов. Без удовлетворительного решения этой проблемы нет смысла заключать соглашение.

 

Вторая проблема – объемы взаимной торговли. Речь идет о необходимости увеличения поставок алмазного сырья на внутренний рынок России. В настоящее время около 60 % необработанных алмазов из добычи акционерной компании «АЛРОСА», госзапасов Российской Федерации и Республики Саха (Якутия) потребляются отечественной гранильной промышленностью. Однако потенциал ее значительно выше. Теоретически рассчитанный возможный предел объемов производства нашей огранки – примерно 80 % добычи. Остальные алмазы нерентабельны для обработки в России при достигнутом технологическом уровне. Следовательно, есть резерв в 20 %, который можно направить на внутренний рынок, уменьшив объемы экспорта, в том числе через «Де Бирс».

Наверное, эти две темы и будут главными на переговорах.

– А какова может быть позиция «Де Бирс» по этим вопросам?

– Позиции «Де Бирс» определяются ее двояким положением на рынке. С одной стороны, «Де Бирс», даже отказавшись от титула монополиста, хочет выступать в качестве главного организатора системы регулирования рынка, с другой – выступает в качестве одного из его субъектов.

С теоретической точки зрения, выступая в первом качестве, «Де Бирс» должна быть удов­летворена и таким положением, когда все до­бываемые российские алмазы обрабатываются в России, на свободный мировой рынок посту­пают только бриллианты, ведется согласован­ная ценовая политика. Но если есть хоть ка­кие-то излишки сырья, а не готовой продук­ции, то они должны продаваться только через «Де Бирс». Это связано с тем, что регулирова­ние мирового алмазо-бриллиантового рынка возможно только через его сырьевую часть, но не через конечную продукцию. Очевидно, что при таком положении вещей обработка 80% российских алмазов в нашей стране и экспорт 20% через «Де Бирс», что соответствует, как указывалось выше, интересам отечественной гранильной промышленности, должны были бы устроить «ДеБирс».

Однако вторая ее натура – роль субъекта рынка, продавца и перепродавца необработан­ных алмазов – требует пропустить через свою сбытовую организацию как можно больше алмазов с целью получения максимальной торговой прибыли. Безусловно, значительная ее часть покрывает издержки, связанные с регулированием рынка, но другая образует чистую прибыль компании, а иными словами, нашу плату за регулирование рынка. Поэтому в мак­симуме «Де Бирс» ставит вопрос о закупке все­го российского алмазного сырья.

В этой ситуации нам, по сути дела, предсто­ит решить, какая цена за стабильность рынка устраивает нас, если, конечно, «ДеБирс» будет готова гарантировать эту стабильность с учетом интересов как алмазодобывающей, так и алмазообрабатываюшейпромышленности России. Или можно сказать по-другому: какой объем продаж «Де Бирс» будет оптимален для обоих звеньев российской алмазной промышленности.

3. ВЯЧЕСЛАВ ШТЫРОВ ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОКА НЕ ПОВЕРНУЛОСЬ ЛИЦОМ К ОТЕЧЕСТВЕННОМУ ПРОИЗВОДИТЕЛЮ_image010

–   Переговоры еще не начались, идут только консультации, а в прессе уже обсуждается про­ект нового указа президента России о порядке экспорта и импорта алмазов и бриллиантов, под­готовленный в недрах федерального Гохрана. Каково ваше отношение к нему?

–   К сожалению, о его содержании мне изве­стно только из публикаций в прессе. На осно­вании того, что известно, могу сказать, что мое отношение к проекту указа негативное.

Во-первых, существующий в настоящее время порядок экспорта и импорта алмазов и бриллиантов определен указом президента Российской Федерации от 1997 года, исходя из того, что действует заключенное ранее торговое соглашение с «Де Бирс». Срок его действия определен до 31 декабря 2001 года соответствующим решением правительства России. Выход нового указа с иным, чем сейчас, порядком экспорта означает одностороннее прекраще­ние торгового соглашения российской сторо­ной до истечения его срока. Тогда возникает вопрос, а зачем вести всевозможные консуль­тации и переговоры о новом соглашении с «Де Бирс», если без всяких серьезных и заранее высказанных претензий мы росчерком пера уничтожаем старое. И кто вообще с нами будет вести переговоры, если нам все нипочем?

Во-вторых, как уже говорилось, единой позиции, удовлетворяющей интересы государства и всех участников российского алмазного бизнеса, еще не выработано. Логично было бы выработать объединенными усилиями заинтересованных министерств и ведомств, союзов товаропроизводителей, акционерной компании «АЛРОСА» такую позицию, рассмотреть, ее на межведомственной комиссии по пробле­мам алмазо-бриллиантового комплекса при Минфине России. Затем дать директивы «АЛ­РОСА» на проведение переговоров с «Де Бирс». По итогам переговоров принять решение. Вот тогда и наступит время подготовки новых указов и других нормативных актов.

Ведь вполне может статься так, что на пе­реговорах с «ДеБирс» не будут найдены ре­шения, отвечающие интересам России. Тог­да возникнет совершенно иная ситуация и потребуются новые подходы к работе на ми­ровых рынках, новое содержание норматив­ных документов.

Поэтому все эти проекты – сизифов труд.

Естественно, можно задать вопрос: а что стоит за этой спешкой? Ответ может быть получен из содержания проектов указов. Ключевые моменты в нем всем хорошо знакомы по прежним временам и идеям. Это разрешение гранильным предприятиям вывозить часть алмазов из России на перепродажу без обработки, разрешение на вывоз сырья за границу для обработки на давальческой основе, свободная распродажа на ми­ровом рынке сырья из госфондов. Все это уже было в начале 90-х годов и послужило одной из причин кризиса сбыта на мировом рынке.

За всем этим, кроме стремления некото­рых международных магнатов алмазного бизнеса легализовать доходы от спекуляций на разнице в ценах на мировом и внутреннем российском рынках необработанных алма­зов, ничего иного не стоит. Иные из них на­копили на своих предприятиях в России чуть ли не годовые запасы алмазного сырья. Вви­ду возросшей активности российских право­охранительных органов заниматься контра­бандой боязно, надо срочно легализоваться. Отсюда все эти идеи и проекты.

– Однако в недавнем интервью руководи­тель Гохрана России Валерий Рудаков славо­словил зарубежных диамантеров, которые, по его словам, в страшных для нормального биз­неса российских условиях не покладая рук поднимают в стране гранильную промышлен­ность. Причем, по его утверждению, алмазы им продаются по ценам мирового рынка. Труд­но поверить в неограниченное бескорыстие иноземных дельцов.

– У нас действительно суровое законода­тельство. Например, налоговые сборы, по нашим расчетам, в Израиле в 16 раз меньше, чем в России. Законодательство содержит жесткие требования к возврату в страну ва­лютной выручки – в течение 90 дней. К тому же в стране существует фактический запрет на внутреннюю перепродажу необработан­ных алмазов. О наличии еще одного нега­тивного фактора напоминает известный диамантер Лев Леваев – в стране сложился гро­мадный бюрократический аппарат, который всячески препятствует бизнесу.

Если у нас так трудно работать, то тогда непонятно, почему от зарубежных диамантеров отбоя нет. На сегодня лежит 43 заявки на прием в число клиентов «АЛРОСЫ». А их у нас и так уженемерено. Ограночные предприятия растут как грибы. Схема стандарт­ная: в каком-либо центре субъекта Федера­ции появляется зарубежный предпринима­тель – и предприятие готово, а для получе­ния алмазов используется административ­ный ресурс того самого бюрократического аппарата, который, по их уверениям, так ме­шает нормально работать. В качестве лобби­стов выступают губернаторы, депутаты и высшие чиновники.

Что же их привлекает? Ларчик просто от­крывается. Все, что говорилось о трудностях работы огранщиков в России справедливо, но неверно утверждение, что они покупают алмазы на внутреннем рынке по мировым ценам.

Опорной точкой мировой системы цен рынка необработанных алмазов является це­на DiamondsTradingCorporation (DTC) – це­на, по которой сайтхолдеры (избранные клиенты) покупают алмазы в Центральной сбытовой организации (ЦСО) «Де Бирс». Та­ких клиентов у «Де Бирс» сейчас около 120, а будет значительно меньше. Среди них и крупные производители бриллиантов, и оп­товики необработанных алмазов. Но все они выходят на вторичный рынок: первые реали­зуют алмазы, обработка которых для них не­эффективна, а вторые – в силу своей приро­ды. Пока камень поступит непосредственно огранщику где-нибудь в Индии или в Изра­иле, он пройдет через много рук. Каждый продавец желает получить «премию», то есть обычные комиссионные. Таким образом, стоимость алмаза возрастает не меньше чем на 15%, а во время исключительно благопри­ятной конъюнктуры – и до 40%. Так форми­руется цена для рядового огранщика любой страны.

На внутреннем рынке Российской Феде­рации необработанные алмазы продаются со скидкой по отношению к ценам ДТС. Так, на 2001 год Наблюдательный совет акцио­нерной компании «АЛРОСА» установил среднюю величину этой скидки в 3%.

Это означает, что в рядовом случае цены нашего внутреннего рынка ниже средних мировых как минимум на 10-15%. Разница в ценах и является тем магнитом, который притягивает в Россию иностранных пред­принимателей. Но, с другой стороны, – это вечный побудительный мотив к контрабанде необработанных алмазов. Например, в последние годы сырье в «АЛРОСА» более илименее постоянно закупали около 70 клиен­тов, а за 1999-2000 годы заведено 19 уголов­ных дел по факту контрабанды алмазов. По­лучается, что каждый четвертый – контра­бандист, но это только вершина айсберга. Масштабы такие, что, говорят, на Западе введен новый вид страхования риска по кон­трабандному провозу алмазов через россий­скую границу.

– Ваши данные о криминальности нашей гранильной отрасли лишь укрепляют сомнения в том, что внутренние цены, которые утверж­дает Гохран России, приближены к мировым. На память приходит история с уникальным алмазом «Тургенев» в 106 карат, который экспер­ты Гохрана оценили в 660 тысяч долларов, а эксперты вашей Единой сбытовой организа­ции (ЕСО) «АЛРОСА» утверждали, что он на мировом рынке стоит не менее 1,2 миллиона долларов. В этом случае «самоотверженное» поведение зарубежных помощников развитию российской гранильной промышленности при­обретает истинную цену.

– Кроме разницы в ценах, есть у совмест­ных предприятий и другие способы зарабо­тать. К примеру, лучшее российское государ­ственное предприятие – смоленский «Крис­талл» – при обработке алмаза имеет эффективность 1,3, в то время как у совместных предприятий в среднем – 1,12. На самом де­ле эффективность у них не меньше, чем у го­сударственного завода. Но разницу они при­сваивают при реализации бриллиантов. Ме­ханизм прост: на таможню представляются бриллианты по цене 1,12 к исходной стои­мости алмазов, продаются по этой цене своим же головным и дочерним компаниям за рубеж, а из страны покупки бриллианты отправляются дальше уже по своей истинной цене. Следовательно, в странах покупки, где расположены головные или дочерние фир­мы наших совместных предприятий, и осе­дает большая часть прибыли.

Об этом ярко свидетельствует следующий факт. В последние годы не менее 50% всех продаж бриллиантов в мире приходилось на США. Казалось бы, там же должны были продаваться не менее половины российских бриллиантов, а это около 400 миллионов долларов в 2000 году. На самом деле из Рос­сии в США, по американским учетным дан­ным, экспортировано бриллиантов всего на 60 миллионов долларов. А куда же ушли ос­тальные? Ну конечно же, в Америку, только уже «очистившись от излишних налогов»
под видом израильской, бельгийской или иной страны продукции.

– Означает ли все сказанное однозначно не­гативное отношение АК «АЛРОСА» к участию иностранного капитала в развитии российской гранильной промышленности?

– Нет, и еще раз нет. «АЛРОСА» выгодно, чтобы развивалась отечественная огранка. Для нас это главный и надежный рынок сбыта, для государства – возможность созда­ния новых рабочих мест, добавленная внут­ри страны стоимость, налоги.

В подтверждение своих слов могу привес­ти примеры практических действий компа­нии.

С нашей помощью создана якутская гранильная промышленность. По итогам прошлого года предприятие«Туймаада Даймонд» обработало алмазов почти на 100 миллионов долларов и получило прибыли 250 миллионов рублей. Мы работаем на долго­срочной основе со смоленским заводом «Кристалл»,восстанавливаем производст­венные мощности московского и барнауль­ского «Кристаллов». На глазах становится на ноги орловская группа предприятий. В рам­ках конверсии создаются гранильные произ­водства в Северодвинске.

Мы поддерживаем и тех иностранных предпринимателей, которые действительно ставят в России производство, а не занима­ются спекуляциями. Нам не нужны перекуп­щики, свою продукцию мы и сами продадим в любой точке земного шара.

А если говорить о том, что нужно сделать для развития российской огранки, то это от­нюдь не поощрение вывоза сырья. Необходимо заняться проблемой налогов, ведь на­ши гранильные предприятия платят в 16,5 раз больше, чем в Израиле, и в 18 раз боль­ше, чем в Индии.

Требует серьезной корректировки разре­шительная система экспорта, которая за­ставляет месяцами буквально выколачивать право на вывоз любой партии бриллиантов. Надо развивать внутренний вторичный ры­нок алмазного сырья, законодательно обес­печить работу Алмазной биржи. Непочатый край работы по нормативному обеспечению деятельности всего алмазо-бриллиантового комплекса страны: только исходя из закона о драгоценных металлах и драгоценных кам­нях, необходимо разработать и принять де­сятки нормативных актов.

Все это труднее, чем писать проекты ука­зов, которые, как некоторым кажется, решат в одночасье все проблемы. Требуется более глубокая и кропотливая работа, но только в ней залог развития промышленности. В этом истинная задача органов государствен­ного управления, в том числе и Гохрана Рос­сии.

– Ныне в алмазном бизнесе развернулась ожесточенная борьба за контроль над добы­чей и сбытом алмазов. Так, «ДеБирс» готова была заплатить за пакет акций, дающий кон­троль над рудником «Аргайл» и право сбыта продукции в полтора раза больше рыночной цены. Но его конкурент – «РиоТинто» не до­пустил этого. Специфика алмазного бизнеса такова, что кто контролирует сбыт алмазов, тот и получает максимальную прибыль от до­бычи алмазов. Наши правительственные чи­новники, похоже, делают все, чтобы основ­ные конкуренты вашей компании – «Де Бирс» и тот же «Рио Тинто» – закрепились в стране. В то же время «АЛРОСА» много лет не допу­скалась к разработке Ломоносовского место­рождения.

– В Архангельской области нас действи­тельно долго не привечали. И сейчас наши позиции тамещенедостаточно сильны. Правительство пока не повернулось лицом к отечественному производителю. На терри­тории России совершенно свободно получи­ли лицензии на геологоразведочные работы «Де Бирс», австралийская «Эштон», канад­ские компании. Но когда мы подали заявку на геологические работы на одной из терри­торий в Архангельской области, причем за свой счет, то получили немотивированный отказ от Минприроды России. Более того, лицензия была готова и находилась в Архангельске с подписью первого заместителя ми­нистра. Губернатор готов был ее подписать. Но тут прибыл гонец из министерства, за­брал лицензию, и следов от нее нет.

Или другой пример. В прессе много писа­лось, что «АЛРОСА» потеряла право на реа­лизацию алмазов, добываемых при участии компании на руднике «Катока» в Анголе. Приводилось много версий, почему это про­изошло. Сегодня я могу сказать, что участие в этом принимали руководители и чиновни­ки Минприроды и Гохрана России, которые дали согласие представителям правительства Анголы на переход права реализации добы­тых алмазов от «АЛРОСА» к одной из изра­ильских компаний. Об этом неоднократно заявляли ангольские чиновники на перего­ворах разных уровней.

Это выглядит разительным контрастом с позицией правящих кругов тех же США, ко­торые буквально протаскивают и лоббируют свои компании и предпринимателей в той же Анголе.

– Президент Владимир Путин и премьер-министр Михаил Касьянов недавно обещали лоббировать интересы российских компаний за рубежом.

Вы не пытались апеллировать с проблемами компании напрямую к президенту? Он может быстро разобраться в этом во­просе, так как защитил диссертацию по вос­производству минерально-сырьевой базы.

– Один вопрос президент уже помог ре­шить. По его указанию создана межведомственная комиссия по алмазо-бриллиантовому комплексу под руководством вице-пре­мьера Алексея Кудрина. Надеюсь, что этой комиссии удастся выработать единую госу­дарственную позицию по всемвопросам развития отечественной алмазной промыш­ленности, в том числе и по соглашению с «Де Бирс».

Владимир Санько, “Независимая газета”, 20 марта 2001 г.

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here