Нет, пожалуй, в российском парламенте человека более “дальневосточного”, чем Вячеслав ШТЫРОВ. Родился в якутской глубинке, рос и учился в Приморье, жил в Хабаровском крае и на Камчатке, поездил по Колыме, Приамурью и Чукотке…
Вячеслав Штыров, член Совета Федерации РФ: Дальний Восток - не резервная территория

Самый большой отрезок его жизни связан, конечно же, с родной Якутией. Сюда он вернулся в 1975 году сразу после института, чтобы поднимать экономику «северов». Начинал прорабом на стройке, а закончил – президентом республики. Но и перебравшись в Москву пять лет назад, Вячеслав Анатольевич связей с малой родиной не оборвал. В верхней палате российского парламента Штыров представляет Якутию, а по сути – весь Север и Дальний Восток России. Сегодня он является руководителем рабочей группы Совета Федерации, которая готовит проект базового закона о развитии Дальнего Востока, и одновременно – возглавляет Экспертный совет по Арктике и Антарктике. Ему же поручено представлять Совфед в государственных органах при рассмотрении вопросов развития восточных и северных территорий страны.

В общем, Вячеслав Штыров именно тот человек, чей опыт и компетентное мнение имеют значение. Неслучайно журнал «Дальневосточный капитал» на протяжении всех 15 лет своего существования следит за судьбой прораба-президента и прораба-сенатора, рассказывая об этапах большого пути и связанных с работой Штырова переменах в жизни громадного региона.

Но, как выяснилось, наш герой тоже наблюдает за журналом. Вернее, за тем, что появляется на его страницах.

– Я читаю «Дальневосточный капитал» регулярно и даже своим коллегам передаю понравившиеся материалы и статьи, – говорит Вячеслав Анатольевич. – Мне журнал нравится, во-первых, охватом: у вас практически всегда представлены разные субъекты Федерации. Особый мой интерес, конечно, к Якутии, но также чрезвычайно интересует весь Дальний Восток: что и где там происходит? Это мне близко. С другой стороны, в журнале представлены разные отрасли народного хозяйства. Разные бизнесы – и большие, и маленькие. В-третьих, журнал достаточно неплохо реагирует на актуальные ситуации. Вот заговорили в стране о стратегии развития Дальнего Востока – и тут же появились разные материалы на эту тему. Причем не только рассуждения руководителей и политиков, но и размышления бизнесменов, просто рядовых граждан. Поэтому журнал имеет хорошую практическую направленность, и, я считаю, нашел свое место на Дальнем Востоке, и неплохо работает.

По мнению сенатора, дальневосточные регионы почти всегда пользовались особым вниманием властей – будь то царских, будь то советских. Поэтому к 90-м годам XX века на Дальнем Востоке «были созданы достаточно хорошие условия для жизни».

– И вот – реформы 1990-х! – восклицает Штыров. – Реформирование пошло таким образом, что была разрушена экономическая основа развития Дальнего Востока. Значительную долю занимали те виды деятельности, которые обеспечивали геополитические интересы Советского Союза и оборону рубежей. Мощная оборонная промышленность – это касается Приморского и Хабаровского краев. Базы Военно-морского флота и их обслуживание. Тогда все это было брошено на произвол судьбы.

Промышленные структуры, которые возникли на Дальнем Востоке в ходе акционирования и приватизации, были поставлены в общие условия, не учитывающие природно-климатические и экономико-географические особенности. Возьмите такие производственные объединения, как «Северовостокзолото», «Якутзолото», «Приморзолото», – их ни в коем случае нельзя было разбивать на отдельные цеха, комбинаты, как это было сделано. Они просто не смогли выжить в одиночку. А эти предприятия обеспечивали жизнедеятельность целых городов и поселков.

Единственным счастливым исключением стала алмазная промышленность, которая была реорганизована и приватизирована совершенно по иной схеме, чем в стране. Компания «Алроса» создавалась на основании специальных решений президента и правительства РФ как целостная структура, объединяющая предприятия всего производственного цикла: научные исследования, геологию, транспорт, добычу алмазов, их продажу и другие. И она сохранилась.

К счастью, в начале 2000-х годов сложилось понимание того, что надо комплексно развивать Дальний Восток, что это никакая не кладовка и не резервная территория, а наша родная земля. И относиться к ней надо соответствующим образом. Наступила другая эпоха, другая эра. Можно, конечно, это связывать с общей стабилизацией по причине роста мировых цен на продукты топливно-энергетического комплекса. А можно связать с приведением в порядок страны с появлением президента ПУТИНА, который медленно, но верно начал собирать государство воедино. Постепенно начали вырабатываться новые подходы к развитию страны в целом и отдельных макрорегионов.

Однако стратегические замыслы выполняются не совсем последовательно.

Если взять сегодняшнюю ситуацию, то да – на Дальнем Востоке произошли большие сдвиги. Например, осуществлен проект нефтепроводной системы Восточная Сибирь – Тихий океан, который дал старт освоению Восточно-Сибирской и Дальневосточной нефтегазовых провинций. При подготовке Владивостока к саммиту АТЭС в 2012 году произошла радикальная перестройка инфраструктуры города и, вообще, всего юга Приморского края. Или возьмите строительство космодрома «Восточный», железнодорожной магистрали Беркакит – Томмот – Якутск. Это все проекты общенационального масштаба!

Очень большие средства вкладываются в подъем судостроения и авиастроения: Комсомольск-на-Амуре, Арсеньев, Большой Камень… Реализованы десятки других проектов, пусть и не такого гигантского масштаба. Но в чем проблема? Это все точечные проекты, они не дают сплошного поля развития Дальнего Востока. Необходимы следующие два шага. Один был сделан, но неудачно. Я говорю о Госпрограмме развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 года. Госпрограмма рухнула в тот же день 2 апреля 2013 года, когда и была утверждена в Якутске на заседании госкомиссии под председательством премьера МЕДВЕДЕВА. Теперь нам нужна новая программа, причем с новыми подходами. Это первое.

Второе – нужен специальный закон, который бы обеспечил реализацию этой госпрограммы. Напомню, для того, чтобы добиться целей, установленных в Стратегии развития Дальнего Востока, потребуется 12 трлн рублей. Два триллиона – это государственные капитальные вложения, которые в основном должны пойти на создание инфраструктуры: дороги, ЛЭП и т. д. Мы все, конечно, рассчитываем на естественные монополии, но львиная доля должна прийти со стороны частного капитала. То есть надо сделать так, чтобы бизнесу было выгодно вкладываться в Дальний Восток. Здесь необходимо законом установить особые налоговую систему, тарифную политику, систему разрешительную, внедрить эффективные механизмы государственно-частного партнерства.

В законе должны быть мощные разделы, которые касаются создания условий для нормальной жизни на Дальнем Востоке и закрепления здесь населения. Что бы мы ни говорили про советское время, но тогда дальневосточники получали в среднем на 20% больше общесоюзного уровня. Сейчас же уровень реальной, а не номинальной, зарплаты – на 10% ниже. Вот люди и разбегаются. Поэтому мы в проекте закона о развитии Дальнего Востока предусматриваем широкий перечень льгот для жителей региона.

– Как продвигается работа над законопроектом?

– Текст документа прошел всевозможные юридические экспертизы, и сейчас мы хотим получить заключительные согласования от субъектов Федерации. Но могу прямо сказать, что в данный исторический момент есть негативное отношение к проекту закона со стороны экономического блока правительства.

Нам говорят про отсутствие средств и так далее. Хотя закон предлагает опираться в основном на частный капитал, а не на бюджет. Устанавливая льготы для бизнеса, мы не уменьшаем бюджет, потому что льготы получат новые производства.

Еще нам возражают, что принятие отдельного закона о развитии Дальнего Востока приведет к разрушению единого экономического пространства страны. То есть правила должны быть одинаковыми для всех – от Чукотки до Сочи.

Это ошибка! Потому что формальное равенство приводит к большому фактическому неравенству, так как территории страны находятся в несопоставимых условиях – экономико-географических, климатических, демографических… Но, если мы хотим ускоренно развить Дальний Восток, необходимо создавать равные возможности по факту, а не на бумаге.

– Но есть еще закон о ТОРах – территориях опережающего развития.

– Да, и мы его поддержали, потому что он соответствует закону о развитии Дальнего Востока. Фактически это его часть. Грубо говоря, мы из целого вытащили кусочек, пользуясь ситуацией – благорасположением начальства. Вытащили кусочек и сделали отдельный закон. Ну – хоть шерсти клок.

– Я так понимаю, что в целом вы довольны развитием ситуации на Дальнем Востоке. Или есть вещи, которые вас огорчают?

– Тенденция, в общем-то, позитивная. Если мы посмотрим, как развивается макрорегион, то сейчас у него показатели выше, чем в среднем по России. Но это связано не с тем, что на Дальнем Востоке созданы благоприятные условия для развития бизнеса и жизни людей. Тогда за счет чего? А за счет точечных решений правительства. Вот решило правительство космодром в Амурской области построить – и стройка закипела, инвестиции пошли, смежники заработали. Дали из Москвы деньги на развитие оборонной промышленности – оживление.

– То есть действует не невидимая рука рынка, а рука государства?

– Да, пока все осуществляется исключительно за счет государства. Исключительно! Значимых частных вложений нет. Во-вторых, это точечные проекты. Когда построят космодром, весь рост там закончится. Позитивные показатели достигаются за счет точечных решений. А надо сделать так, чтобы Дальний Восток стал привлекательным в целом. Чтобы бизнесмены туда без страха вкладывали инвестиции, а люди с удовольствием там жили. Пока таких условий не создано.

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here