Весной 1999 года Правительство РФ поручило Мингосимуществу РФ разработать комплекс мер по усилению государственного контроля за деятельнос­тью алмазо-бриллиантового комплекса РФ.

Чиновники не нашли ничего лучшего, чем попробовать сконструировать некий государственный холдинг, в который они хотели включить АК “АЛРОСА”, или передать в федеральное управление акции компании, смоленский завод “Кристалл” и другие предприятия, где государство имело бы контроль­ный пакет акций. Их предполагалось превратить в акционерные общества со 100 процентами капита­ла государства и слить в этот холдинг. Все предпри­ятия АБК, особенно смоленский завод “Кристалл” и “АЛРОСА”, категорически возражали против этого. На вопросы корреспондента “Полярного круга” отвечает президент “АЛРОСА” В.А. Штыров.

– В чем смысл деятельности предполагаемого холдинга? Как он будет управлять акциями го­сударства?

– Если речь идет о государст­венном контроле и регулировании, то этим должны заниматься орга­ны государственного управления, а вовсе не государственные унитар­ные предприятия. Если речь идет о централизации сбыта или центра­лизации инвестиционной политики предприятия, оно лишается само­стоятельности и эффективности.

Существует еще одна идея – идея создания предприятия, позво­ляющего осуществить перелив ка­питала. Допустим, у одного пред­приятия есть большие прибыли. Ее можно изъять и направить на нуж­ды других предприятий. Но делов том, что в нынешнем состоянии все предприятия нуждаются в инвести­циях. У того же смоленского “Крис­талла” основные фонды составля­ют почти 60 процентов. Следова­тельно, и это наиболее успешно действующее в Россиипредприятие само нуждается в привлече­нии инвестиций.

Возьмем компанию “АЛРОСА”. Показатели её в самом деле не­плохие: высокая рентабельность, рост добычи алмазов. Но давайте вспомним, какие колоссальные фи­нансовые затруднения испытыва­ла компания последние пять лет. На крупные инвестиционные проек­ты средств из-за выполнения ог­ромной социальной функции (жи­лищно-коммунальное хозяйство, северный завоз, ликвидация стихийных бедствий) просто не хватало. Поэтому компания осуществляла свою инвестиционную политику за счет увеличениякредиторской задолженности.Мы прошли этот этап, вложив 1,7 млрд. долларов, построив новые производственные мощности, обновив производствен­ные фонды компании.Степень их износа снизилась, чего нет ни у одного другого российскогопред­приятия. Сейчас финансовое поло­жениекомпанииотносительно стабильно. Но впереди нас ждут новые большие стройки: переход с открытой добычи алмазов на под­земную; строительство новых ГО­Ков;резкая активизация геологи­ческих работ. Это потребуетеще 2,4 млрд. долларов капитальных вложений на следующую пятилет­ку. Откуда их взять?

9. ЛОГИКА ПЕРСПЕКТИВЫ_image002

– Где и как должны решаться эти вопросы?

– Конечно, эти вопросы должны решаться на государственном уровне. Гохран должен возглавить работу по разработке норматив­ных документов, выстроить систе­му госконтроля, создать нормаль­ные условия для развития отрас­ли. Бесполезно пытаться их ре­шить путем создания какой-либо организационной структуры, управ­ления, главка, министерства, пото­му что с появлением этой структу­ры проблема не исчезнет и ее ре­шение находится совсем в других плоскостях. Опыт перестроечного времени показывает, что созданные холдинги, объединявшие пакеты акций предприятий, централизованно занимавшиеся сбытом и якобы занимавшиеся инвестициями, рассыпались.

С созданием какого-либо супер­холдинга алмазодобывающие предприятия превратятся в бюд­жетную организацию, которая бу­дет требовать у него решения сво­их вопросов. Кому от этого будет лучше? “Главалмаззолото”, как предлагает В.Рудаков, безусловно, с этим не справится. Все эти идеи сегодня бессмысленны. Более то­го, они еще и опасны для этих от­раслей.

Если Гохран будет заниматься хозяйственной деятельностью, как того сегодня хотят, то его самого нужно контролировать и создавать законодательный и налоговый кон­троль.

С другой стороны, сейчас все по­няли, что необходимо усилить госконтроль в экономике страны. Надо заметить, что “АЛРОСА” всегда была сторонником такого подхода. Кстати, когда Рудаков работал в компании, он отрицал создание подобных главков и холдингов, пони­мая, что это бесполезно и вредно.

– Господин В.Рудаков ут­верждает, что “АЛРОСА” работа­ет безпрофессионального кон­троля сверху. Так ли это?

– Это не верно, потому что “АЛРОСА” – это одна из немногих структур, которая находится под постоянным контролем и вниманием органовгосуправления.Собра­ние акционеров и наблюдательного совета проводится регулярно. В составе наблюдательного совета работают руководители Правительства Республики Саха (Якутия), Правительства РФ, представители трудового коллектива, т.е. пред­ставлены интересы всех сторон. Поэтому на совете решаются во­просы, связанные не только с дея­тельностью самой компании, но и всей отрасли. Компания действует исходя из государственных интере­сов. Внутри компании создана спе­циальная система коллегиального принятия решений: правление, действующее строго в рамках сво­их полномочий, и советы по различным направлениям деятельности, определяющие, например, сбы­товую политикукомпании.

– Как построена сбытовая по­литика “АЛРОСА”?

– Совет компании по маркетин­гу решает крупные вопросы ее сбытовой политики.

Конъюнктурный совет – это второй орган управления сбытом алмазов, который решает текущие вопросы состояния рынка и опре­деляет ценовую политику

Продажу алмазов осуществляет сбытовая организация – ЕСО “АЛРОСА” на основании ре­шений Совета по маркетингу и Конъюнктурного совета.

С момента принятия решений ни члены советов, ни члены правления не вмеши­ваются в текущую сбытовую дея­тельность компании. Президент “АЛРОСА” не встречается с клиен­тами, за исключением руководите­лей государственных предприятий РФ и РС(Я).

Иначе говоря, в компании созда­на такая система, при которой ни президент, ни вице-президенты, ни члены правления или совета по сбыту не могут участвовать в теку­щей сбытовой деятельности ЕСО. В этой связи все домыслы о том, что у компании есть “прикормлен­ные” предприятия, не соответству­ют действительности. Эту заведо­мо ложную информацию распространяют те гранильные предприя­тия, которые исключили из числа клиентов по тем или иным причи­нам.

На особом контроле у нас нахо­дятся три госпредприятия:смолен­ский завод “Кристалл”, “Туймаада Даймонд”, “Орел-Алмаз”. Но и они пользуются только теми привилегиями, которые утверждены сове­том по маркетингу на основании твердо установленных правил.

– Что это за правила?

– Эти предприятия получают сырье с отсрочкой платежей, пото­му что они не имеют оборотных средств ввиду отсутствия денег у государства. Предприятия других форм собственности получают оборотные средства, как правило, от иностранных учредителей. Поэтому, чтобы помочь- государственным гранильным заводам приобрести эти оборотные средства, мы даем им товарный кредит. Никаких убытков от этого компания не тер­пит. Размеры товарного кредита лимитируются. Если они его пере­бирают, то следующая партия сы­рья продается на обычных услови­ях. Это знают все клиенты компа­нии, так что никаких других привилегий никто не получает, включая и заво­ды собственного производства “АЛРОСА”.

– Существует мнение, что “АЛРОСА'” чересчур жестко от­носится к клиентам на внутрен­нем рынке и гораздо либераль­нее по отношению к “Де Бирс”…

– На самом деле торговлю с “Де Бирс” мы осуществляем в строгом соответствии с заключенным с ним соглашением, работает наблюдательный комитет, в который входят представители Гохрана России и Комдрагмета РС(Я). Так что соглашение успешно выполняется под государственным контролем.

– Тем не менее В.Рудаков подвергает действующее соглашение с “Де Бирс” жесткой критике.

– Когда сам В.Рудаков подписывал соглашение с “Де Бирс”, средняя цена алмазов была 100 долларов за карат, а сейчас мы продаем по 49 долларов за карат, т.е. продаем сырье, которое невозможно сбыть в России. Современное соглашение – результат взаимодействия равных партнеров, а старое диктовалось рабской позицией, стоя на коленях перед “всемогущим” “Де Бирсом”.

Какова схема принятия решений “АЛРОСА” по инвестиционным проектам?

– Абсолютно все инвестиционные проекты проходят экспертизу
на технико-экономическом совете компании, затем попадают на правление компании, потом рассматриваются на наблюдательном совете. Никаких волюнтаристских решений президента и руководства по инвестициям быть не может. Кстати, сегодня мы направляем 90 процентов капитальных вложений
в производственное строительство, а во времена В.Рудакова на эти целитратилось только около 50 процентов.

Есть ряд обстоятельств, которые ограничивают наши возможности выхода на мировые финансовые рынки. “АЛРОСА” – закрытое акци­онерное общество, и в нашей отрасли действует, режим секретности. Мы не можем делать эмиссию ак­ций, иногда не можем предоставить инвесторам сведения о запасах и другую стратегическую информа­цию, короче, мы часто вынуждены искать собственные методы при­влечения инвестиций. Компания неоднократно привлекала синдициро­ванные кредиты, связанные и не­связанные кредиты отечественных коммерческих банков. Самый лучший из них – это проект “Эксимбанка”. Он был разработан до моего прихода к руководству компанией при участии В.Рудакова. А сейчас он пытается громить этот проект, и такая позиция на руку нашим зарубежным конкурентам. А на самом деле сотрудничество с МорисомТемпельсманом позволило нам привлечь самые дешевые кредиты, какие кто-либо привлекал в РФ.

Прокомментируйте утверж­дение В. Рудакова о том, что свя­занный кредит “Эксимбанка” выгоден прежде всего американ­ским производителям горной техники.

В ходе реализации проекта был проведен тендер, который выиграла фирма “Холпак”, являющая­ся американским филиалом япон­ской фирмы “Комацу”. Поэтому ут­верждение В.Рудакова о том, что в Японии покупать горную технику дешевле, является результатом элементарной неосведомленности в деталях проекта “Лазар Каплан”. К тому же произведена ее разовая закупка, и опасения, что “Катерпиллер” будет вздувать цены в резуль­тате пятилетнего заказа, лишены оснований. Должен сказать, что инициатором перехода на импорт­ную горную технику был сам В.Ру­даков в бытность руководителем “Якуталмаза”, и это была правильная политика, поскольку отечественная промышленность нужных нам моделей не производит. Вот почему потребовался проект “ЛазарКаплан”.

– Создается впечатление, что многие публичные заявления
В.Рудакова небесспорны…

– Валерий Владимирович Руда­ков – известнейший специалист в нашей области, и его опыт не под­вергается сомнению. Но в течение последних семи лет он был “вне иг­ры”. За это время в мире многое изменилось, и алмазо-бриллиантовый комплекс не исключение. На­пример, сегодня и “Де Бирс”, и “Аргайл” имеют собственную огранку, “АЛРОСА” не может быть отрезана от этого процесса; закрывать глаза на реалии сегодняшнего дня значит привести компанию к краху. Мне кажется, что В.Рудаков мыс­лит категориями семилетней дав­ности и, вольно или невольно, пы­тается подстроить отрасль под эти устаревшие представления. Оста­ется надеяться, что все же он найдет в себе силы понять нашу логи­ку – логику перспективы.

А. Шилов, “Якутия”, 11 мая 2000 г.

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here