Когда слышишь, что человек технарь, инженер, конструктор, перед глазами сразу возникает образ некоего «сухаря», который только что цифрами не говорит. Но (и это подтверждает сама жизнь) на удивление именно «физики» оказываются людьми разностороннее развитыми, со своим взглядом на жизнь. Собственно говоря, и Вячеслав Егоров – победитель III Дальневосточного конкурса «Я-инженер» на призы Вячеслава Штырова оказался именно таким.

 Досье

— Родился в городе Радужный, Тюменской области, однако вырос в небольшом сибирском селе Александровское, расположенном на самом севере Томской области, где окончил обычную среднюю школу. После окончания школы, в 2004 году, поступил на очное бюджетное место на Машиностроительном факультете Томского Политехнического Университета по специальности «Технология и автоматизация и машиностроительных производств». В 2008 году закончил бакалавриат и сделал выбор в пользу дальнейшего инженерного обучения по специальности «Технология машиностроения», которое окончил через год, в 2009 году.

 — За время учебы я успел поработать грузчиком, сотрудником клининговой компании, слесарем, репетитором, инженером-механиком, и уже после окончания бакалавриата  начал работать инженером-конструктором на Томском манометровом заводе (ОАО «Манотомь»), где в общем-то и окончательно определился с дальнейшим профессиональным будущим. Во время написания дипломного проекта, заведующий кафедрой, на которой я учился, предложил пройти собеседование с человеком, который в дальнейшем стал моим главным наставником и непосредственным руководителем, для дальнейшей работы в «Сургутнефтегазе». Так я вновь оказался на Севере, переехал в город Сургут, и сейчас являюсь заместителем начальника Конструкторского отдела ЦБПО ЭПУ ПАО «Сургутнефтегаз».

— Вы окончили обычную школу и сумели поступить в престижный вуз? Каким образом это стало возможным?

— Да, самую обычную, верно. В селе, в котором я рос, их было всего две. Мне очень повезло (и до сих пор очень везет) с наставниками (учителями, преподавателями, руководителями). Именно они смогли мотивировать меня учиться, интересоваться новым, заглядывать немножко дальше, видеть немножко больше. Школьная программа это только базис, и главное не в том насколько школа престижна, а смогут ли в ней дать эту мотивацию. Мне повезло. А остальное уже было делом техники.

— Как родители отнеслись к тому, что вы решили выбрать техническую специальность? Кто они сами по образованию?

—Отец – большую часть жизни проработал водителем, мама – инженер-геофизик. Родители, нужно отдать им должное, никогда не навязывали мне специальность или профессию. Выбор обучения в вузе  оценили спокойно. Наверное, я был слишком уверен в своем пути и переубедить меня было уже очень непросто, видимо, мама это видела.

— Во время учебы вы встретили своего главного наставника. Вы считаете это судьба? Как зовут этого человека и что он дал вам?

— Стараюсь в судьбу не верить, мы сами кузнецы своего счастья. Зовут этого замечательного человека Илья Владимирович Бойко, сегодня он мой непосредственный руководитель. Все, что я от него приобрел, невозможно изложить. Могу сказать так: именно он вырастил из меня инженера-конструктора. Именно его опыт, его профессиональное чутье, личные качества позволили создать неповторимую атмосферу в коллективе, а в хорошей атмосфере все растет как на дрожжах.

— До переезда в Сургут вы бывали там?

— Нет, никогда.

— Могли ли вы предположить, что будете работать в такой серьезной компании «Сургутнефтегаз»?

— Не предполагал даже. Я мало знал о компании во время учебы. По специальности я больше машиностроитель, и поэтому работу непосредственно в нефтегазодобывающей компании не предполагал совсем. Были предложения от достаточно больших предприятий, например, но от компании, входящей в TOP-4 нефтяных компаний и в первую десятку РБК 500 особенно не ждал. Но не потому, что не верил в себя, а потому, что считал непрофильным направлением. Однако, «Сургутнефтегаз» отличается от остальных НК России тем, что бОльшую часть сервисных операций выполняет самостоятельно, а следовательно, имеет и ремонтное производство. Такое, как в структурном подразделении, в котором работаю я.

Егоров2

— Вы — конструктор? Расскажите, в чем заключается суть вашей работы? Вы обязательно должны предлагать какие-то новаторские идеи или это не входит в ваши обязанности?

— Работа конструктора – чистое творчество. Если посмотреть вокруг, то практически любой предмет нашего окружения – плод работы конструктора. От шариковой ручки, которую вы держите в руках, до новейшего смартфона, лежащего в кармане. Я – конструктор с механическим образованием, то есть продуктом моей работы становятся конструкции деталей, из которых далее будут изготовлены те или иные машины и механизмы. Структурное подразделение, в котором я работаю (ЦБПО ЭПУ), в качестве основного направления деятельности занимается ремонтом, обслуживанием и прокатом погружных установок, которые спускаются в нефтяную скважину и поднимают пластовую жидкость, содержащую нефть, на поверхность земли. Непосредственно моим направлением деятельности является конструкторское сопровождение этих установок. То есть я проектирую конструкции функциональных узлов установок и их деталей с целью повышения эффективности их работы, оптимизации затрат при эксплуатации и ремонте, улучшения эргономики и так далее. Так что непосредственная работа конструктора — это и есть новаторство, решение возникающих проблем путем разработки новых решений. Причем я выполняю и поставленные задачи, и сам инициирую решение тех проблем, которые замечаю.

— Когда вы предлагаете идею, вам сразу доверяют? Не бывает такого, что смотрят, как будто вы про добычу нефти на Луне говорите?

— Чаще доверяют. Дело в том, что я привык очень скептически относится к любым идеям, как к своим, так и к чужим. Чтобы дать идее ход, сказать про нее вслух, нужно очень многое продумать и оценить, а когда это сделано, то убедить кого-то в ценности идеи не составляет труда, она становится очевидной.

— Расскажите, насколько это возможно для широкой аудитории, о вашем проекте? В чем его суть и смысл?

 — Проект о технологии эксплуатации погружных установок, добывающих нефть из скважин с высоким содержанием твердых механических примесей, грубо говоря – песка, частиц горной породы в которой содержится нефть.

Внедрить эту технологию в производство компании стало возможным при помощи разработки трех новых конструкций узлов установки (мы называем их модулями). Первый – износостойкий насос, способный работать с концентрацией песка до 1 грамма на литр жидкости, но при этом максимально унифицированный с обычными насосами (это нужно для снижения затрат при ремонте).

Второй – специальный фильтр на основе фильтроэлементов из проволочных проницаемых материалов, который позволяет существенно снизить количество преждевременных отказов установок в скважинах с еще большей концентрацией песка (иногда в начале работы песка может быть очень много и без фильтра установки выходят из строя очень быстро, но, как правило, концентрация снижается через 30-50 суток работы).

Третий – перепускной модуль, который позволяет после критического засорения фильтра (а любые, даже самые замечательные фильтры рано или поздно засоряются) исключить его из работы установки, запуская жидкость напрямую в насос.

В двух словах все кажется достаточно простым, но это только кажется. Если учитывать, что работают установки на глубине более двух километров под землей, погруженные в агрессивную жидкость, при температуре до 110 градусов Цельсия, перекачивая за месяц вместе с жидкостью около тонны песка, в среднем, на протяжении более 730 суток (!), задача становится нетривиальной. А если учитывать тот факт, что в эксплуатационном парке компании более 21 000 скважин, можно представить о каких затратах идет речь.

При этом, на сегодняшний день мне не известна ни одна конструкция перепускного модуля с аналогичными показателями, то есть речь идет об уникальности разработки как минимум на территории РФ. Конструкция этого узла защищена патентом Российской Федерации, впрочем, как и насоса, как и фильтра.

— Что вы испытываете, когда понимаете, что да, вот оно — получилось! А уж тем более, когда ваш ум позволяет экономить компании сотни миллионов рублей?

 — В нашей отрасли (я имею ввиду погружное дело) есть одна очень интересная особенность. Результаты, подтверждающие работоспособность оборудования, мы, фактически, получаем через полтора-два года после окончания конструкторских работ. То есть, почти каждый проект сдается с долей сомнений, так как все не предугадать. Обычно, на этапе подтверждения работоспособности проекта я уже занят чем-то другим и обычно этим другим очень поглощен. Поэтому, часто эти результаты воспринимаешь как дежурную информацию: «Ок, хорошо, что не нужно возвращаться», и продолжаешь заниматься работой.

— Как воспринимают ваши успехи коллеги, родные?

— Мне больше нравится слово «результаты». Успехи это или нет – вопрос ведь относительный. Родные – радуются и, надеюсь, испытывают чувство гордости. Коллеги – тоже. У меня замечательный коллектив, каждый сотрудник в нем — по-настоящему многогранная личность, мы по-доброму соперничаем и при этом помогаем друг другу. У всех результаты не хуже моих.

Блиц опрос

 — Что для вас самое важное в жизни?

— Мне кажется, нет, я убежден, что самое важное – следовать своим принципам. Если верен себе, то и в семье, и в работе получаться будет все, что задумаешь. Не без сложностей, конечно (без них скучно), но обязательно будет.

— Довольны ли вы собой?

— Нет! Всегда есть к чему стремиться. Доволен – это когда все, лучше уже не будет, с людьми такого не бывает – всегда есть куда расти.

– Какие цели ставите перед собой в профессиональном плане?

— Как и всегда – стараться честно и хорошо делать свою работу. Это очень непростая цель, надо сказать, далеко не всем удается держаться этого курса.

— Расскажите про самое яркое впечатление, связанное с профессией?

— Яркое это ведь не обязательно положительное? В самом начале моей работы в ЦБПО ЭПУ, кажется, это был первый год, мне нужно было разработать грузоподъемный контейнер. В техническом задании были указаны требования к его размерам и грузоподъемности. Неокрепший студенческий ум, не имеющий еще практического опыта, разумеется, разработал конструкцию, удовлетворяющую требованиям. Но, оказалось, что человек, разрабатывающий задание, ошибся. В общем, контейнер получился несколько «противотанковым», то есть, в рамках его размеров в него просто невозможно было загрузить груз с указанным весом, так как он был слишком мал. При этом его прочность была, мягко сказать, избыточна. Хорошо, что заказали изготовление совсем небольшой партии. Да, бывало и так. Это стало для меня очень хорошим уроком, который я помню до сих пор, такие «изделия» мы не зря называем «памятниками». Но, как говорит мой руководитель, нужно «встать на кости предков» и решать поставленные задачи.

— Ну и напоследок: Якутия чем-то удивила вас?

— Да, многим. Особенностью архитектуры, красотой природы, обилием автомобилей с правым рулем, направленностью на цифровые технологии, да всего не перечесть. Все немного по-другому, а значит по-новому, а я новое люблю.

Ольга Фомина

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here