Крупнейшая в России компания- “Алмазы России – Саха” (оборот около $ 2 млрд. в год) за три года своего существования в третий раз меняет президента. Очевидно, это отражает не только динамично меняющуюся деловую атмосферу России, но, главным образом, структурные и управленческие проблемы самой компании. Созданная как штучный продукт первоначального этапа перехода к рыночной экономике, компания остро нуждается в кардинальных переменах на всех функциональных и иерархических уровнях. Вячеслав Штыров приступил к решению нелегкой задачи реорганизации компании. В интервью “Ъ” г-н Штыров затрагивает внутренние и внешние проблемы компании, отношения России и DeBeers на мировом рынке и перспективы внутреннего рынка алмазных продуктов.

5.АЛМАЗНУЮ КОМПАНИЮ ЖДУТ ПЕРЕМЕНЫ_image002

“Ъ”:Когда возникла идея о Вашем переходе в компанию “Алмазы России – Саха” (АРС) и с кем она была согласована?

В.Ш.: Прежде всего я должен сказать, что самое главное событие на прошедшем 10 августа собрании акционеров заключается не в персональных назначениях, а в дополнениях к Уставу компании, которые изменили систему управления АРС. Высшим органом управления остается собрание акционеров. Всей текущей работой ранее руководило правление. У Наблюдательного совета были государственно-контрольные, а не управленческие функции. Это соответствовало идеологии 1991-1992 годов, когда и создавалась АРС. Настало время изменить структуру оперативного управления – уменьшить всевластие правления и повысить роль Наблюдательного совета. Согласно положениям измененного устава АРС, Наблюдательный совет становится высшим органом управления в промежутках между собраниями акционеров. Это будет постоянно действующий орган для решения стратегических задач. Правление же становится исполнительным органом, подотчетным Наблюдательному совету. Наблюдательный совет будет базироваться в Москве и должен быть укреплен специалистами. В этой связи возникло предложение ввести должность председателя (помимо двух сопредседателей с федеральной и якутской стороны). Андрей Кириллин занимал в АРС ключевую позицию, и. естественно, акционеры предложили ему занять этот высокий пост.

Эти изменения были согласованы с руководством Якутии и на уровне федерального правительства. (По данным “Ъ”, кандидатура Вячеслава Штырова на пост президента АРС получила “добро” у премьер-министра Черномырдина, президента Якутии Николаева, вице-премьера Чубайса, заместителя председателя Госкомимущества Мостового). Мою кандидатуру на пост президента первым предложил Андрей Кириллин.

“Ъ”: Останетесь ли Вы вице-президентом Якутии?

В.Ш.: В конституции Якутии такой случай не предусмотрен. Сейчас ведутся консультации с президентом Михаилом Николаевым, руководителями якутского парламента и юристами. Решение будет принято несколько позже.

“Ъ”: Как вице-президент Якутии Вы и так постоянно занимались ключевыми проблемами алмазной отрасли. Какой был смысл выбирать Вас президентом АРС?

В.Ш.: Дело в том, что Андрей Кириллин на новой должности не будет заниматься повседневными, текущими делами компании. Сейчас компания вошла в новый этап своей жизни, который требует изменения структуры и системы управления. Это связано с тем, что происходит глобализация ее деятельности, диверсификация бизнеса, интернационализация ее подразделений. В этой ситуации требуется именно упорная управленческая работа, а управление является моей основной профессией – и по образованию, и по предыдущему опыту работы.

“Ъ”: Как Вы считаете, сейчас удачное время для преобразований в АРС? Вы не опасаетесь, что на финальном этапе переговоров с DeBeers компания окажется ослабленной из-за структурной перестройки? Все ли члены правления согласны с необходимостью перестройки?

В.Ш.: Дело в том, что не мы выбираем удобное время, а время требует необходимых решений. Внутренние процессы в компании, хотим мы или не хотим, привели к необходимости изменений. Кроме того, мы не собираемся сию минуту все ломать или менять. Многое зависит от того, будет подписано новое соглашение сDeBeers или же нет. В зависимости от этого мы и проведем свои преобразования.

Правление согласно с необходимостью перестройки и перемен. О направлениях и путях изменений ведутся споры, начались они довольно давно, более года назад.

“Ъ”: Если Вы уже сегодня предполагаете усиление роли Наблюдательного совета, то согласовали ли Вы с его членами, например Евгением Бычковым, расширение их обязанностей? Ведь у них и так большая нагрузка по основному месту работы. Или состав Наблюдательного совета будет кардинально изменен?

В.Ш.: Я уверен, что от Роскомдрагмета кто-то обязательно войдет в обновленный Наблюдательный совет. Плановые заседания будут проходить раз в квартал, а по мере необходимости – чаще. В принципе изменение роли Наблюдательного совета вытекает из нового Гражданского кодекса Российской Федерации.

5.АЛМАЗНУЮ КОМПАНИЮ ЖДУТ ПЕРЕМЕНЫ_image004

“Ъ”: Как обстоит дело с финансовым положением компании и планом реорганизации финансово-экономических служб? Действительно ли финансовые службы – это слабое звено АРС?

В.Ш.: В компании есть ряд проблем. Например, взаимодействие между подразделениями, система стимулов и оценка итоговых показателей. Есть и технические проблемы, например, в геологоразведке. Это проявилось при открытии трубки «Ботуобинская». Наконец, есть текущие финансовые проблемы. Вы видите, я называю их в ряду других, не выделяя особо. На последнем собрании акционеров, действительно, в центре внимания были финансовые проблемы. Однако речь не шла об абсолютном финансовом крахе или чем-то подобном. Дискуссия касалась разных подходов к оценке текущей финансовой деятельности и привлечению заемных средств. По общепринятым финансовым нормативам финансовое положение АРС достаточно устойчивое. Сообщения же ряда газет о плохом финансовом положении компании наносит ущерб ее деловой репутации: наши кредиторы всполошились, срывается подписание новых кредитных соглашений. Как будто компания получила пробоину, вот-вот пойдет ко дну, и вся команда кричит: «Откачивай воду!». Этого нет, мы просто не удовлетворены уровнем финансового планирования.

“Ъ”: Слухи о финансовых сложностях компании, возможно, связаны с введением нового прейскуранта DeBeers. АРС с ним не согласилась, и партии российских алмазов, начиная с 1 июля, блокированы и оплачены не будут. Не поступление валюты за уже поставленный товар заставляет Вас искать средства. Очевидно, АРС не запаслась финансовыми резервами и оказалась не готова к стычке с DeBeers.

В.Ш.: Мы действительно оказались не готовы к этому, как не готов человек, на которого упал кирпич.

“Ъ”: На ком в правлении АРС лежит вина за эту непредусмотрительность? Ведь руководители DeBeers угрожали подобными действиями еще с осени прошлого года.

В.Ш.: Этот намек касался переговоров о будущем договоре и не должен был, на наш взгляд, затрагивать действующее соглашение. Процедура введения нового прейскуранта вдруг в одностороннем порядке была нарушена нашим партнером. Подобное агрессивное поведение вовсе не красит DeBeers. Если это не случайность, а принцип поведения DeBeers, то мы найдем, что ответить.

DeBeers пошел на очевидное нарушение действующего соглашения, отступив от процедуры изменения цен. Главное, введение нового прейскуранта никак не связано с ситуацией на рынке. По выводам наших специалистов цены на сырые алмазы и на бриллианты довольно стабильны. Летом колебания конъюнктуры вообще снижаются из-за спада деловой активности.

“Ъ”: Готовы ли Вы к радикальным изменениям структуры АРС, например, к переходу от «двухмерной» российской схемы (иерархически выстроенные 100-процентные филиалы и подразделения производственно-коммерческой цепочки) к международному «трехмерному клубку»? есть ли у Вас мысли организовать официальный offshore где-нибудь на Кипре, алмазный склад в Лондоне, а инвестиционную компания в Либерии?

В.Ш.: Видите ли, мне известны две модели поведения крупной корпорации: американская (главная цель – максимальная прибыль) и японская (главная цель – бессмертное существование компании, а прибыль – это только средство). Мы склоняемся к последней модели, что требует заботы не только о себе, но и о регионе, где ты находишься. Однако это не исключает гибкости в тактике.

“Ъ”: Вам придется отстаивать интересы работников, в том числе по зарплате к дивидендам. Как вы их поднимете, если АРС выплачивает до 90% прямых и косвенных налогов?

В.Ш.: Мы планируем достигнуть с правительством Якутии соглашение, по которому сумма отчислений будет более приемлемой для АРС (речь идет о снижении прямых и косвенных налогов с 90 % до 50 % -“Ъ”).

5.АЛМАЗНУЮ КОМПАНИЮ ЖДУТ ПЕРЕМЕНЫ_image006“Ъ”: В России есть два нетронутых месторождения алмазов: им. Ломоносова (Архангельская область) и Ботуобинское (Западная Якутия). Есть ли вероятность привлечения иностранных инвестиций в их разработку?

В.Ш.: Право распоряжаться природными ресурсами на территории Якутии предоставлено местным властям. Недавно было принято принципиальное решение на уровне президента Николаева – выдать лицензию компании АРС.

О Ломоносовском месторождении нам известно, что владелец лицензии АО «Севералмаз» проводит закрытый конкурс на привлечение инвестора. Мы не получали приглашения участвовать в этом конкурсе или же помогать в экспертизе проектов. Видимо, здесь имеет место политическая проблема: наша компания воспринимается как якутская (хотя, на самом деле это российская компания, находящаяся на территории Якутии), и существует опасения, что может возникнуть перекачка доходов Архангельской области в Якутию. Наши специалисты, со своей стороны, ранее пренебрежительно относились к этому месторождению, налагая его разработку низкорентабельной. Теперь мы понимаем, что компания проявила неоправданную пассивность, встала в позу обиженного мальчика.

Наша новая позиция такова: мы будем стараться участвовать в разработке любых алмазных месторождений в любой точке земного шара. Формы нашего участия могут быть разными: СП за границей с местными партнерами, на территории нашей страны – только российскими силами. Мы будем налаживать политические контакты с руководством Архангельской области. Один из вице-президентов АРС будет специально работать с органами управления по всей России, особенно в тех регионах, где обнаружены признаки алмазоносности.

“Ъ”: Что Вы можете сказать о программе развития алмазно-бриллиантового комплекса до 2000 года?

В.Ш.: Основной текст программы разработали сотрудники Роскомдрагмета. Теперь процесс доработки программы возглавил председатель Роскомдрагмета Евгений Бычков. Мы это приветствуем. На финише необходимо согласовать ключевой вопрос – как снабжать сырьем российские гранильные предприятия. Мы полагаем, что АРС способна самостоятельно работать с этими предприятиями, поскольку она в России самое заинтересованное лицо в развитии внутреннего рынка. Уже сегодня более половины продаж мы осуществляем в России. Наш московский «Алмазный центр» отбирает клиентов и ведет торги в соответствии с нормативными документами, разработанными на государственном уровне. Кроме того, проявление недобросовестной торговли способен отслеживать Наблюдательный совет АРС, в который входят представители федерального и якутского правительства. Московский же чиновный люд считает, что это не может происходить без опеки специального государственного органа, либо Федерального алмазного центра, либо Российской сбытовой организации (РСО). По их задумке, этот орган должен регулировать поток алмазов от производителя к потребителям. Предполагается, что РСО будет приобретать у АРС алмазы по фиксированным ценам и продавать их с некой маржей, чтобы компенсировать административные и другие расходы. Для осуществления стабильных закупок необходимо выделить новому органу примерно $ 500 млн. «на раскрутку», это слишком много. Кроме того, АРС таким образом окажется отрезанной от реального рынка (как это было в советское время) и не сможет осуществляться обратная связь между рынком и производством. В результате может снизиться эффективность алмазодобывающей отрасли. В общем, в этой идеологии заложен принцип «каждому чиновнику по кормушке, а производством пусть занимаются другие».

“Ъ”: Как Вы думаете, какое решение по этому вопросу примет правительство?

В.Ш.: Трудно сказать. Это будет зависеть от силы аргументации и результатов закулисной активности.

“Ъ”: Как Вы оцениваете встречу Виктора Черномырдина и Ники Оппенгеймера 1 августа?

В.Ш.: Я считаю это проявлением серьезного интереса премьер-министра к алмазной отрасли. С 1992 года у руководителей правительства до этого не доходили руки. И вот 19 января 1995 года на президиуме правительства Виктор Черномырдин проявил интерес к алмазной теме (он заявил, что это крупная отрасль и правительство будет ею заниматься). Затем премьер-министр дал поручение Анатолию Чубайсу разработать алмазную программу, послал приветствие Алмазному форуму в Москве и, наконец, сам посетил Якутию. Недавняя встреча с руководителями DeBeers – это звено той же цепи. Для нас внимание Черномырдина крайне важно, поскольку дает надежду на более оперативное решение текущих проблем.

Владимир Тесленко, «Коммерсант – Дэйли», 30 августа 1995 г.

Добавить в избранное:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here